— Я надеюсь, ты представляешь, что будет, когда стены достаточно нагреются? Я не то что бы сомневаюсь в твоём уме, просто поджариться здесь мне не особо хочется.
— Фух, знаешь, Алистер, у нас выбор не велик: мы или поджаримся, или свалимся вниз, или нас растерзают порождения тьмы…
— Эй, ты чего?
Я пошатнулся, и меня подхватили сильные руки Стража.
— Кажется… Я потратил слишком много… Сил…
Перед глазами всё плыло, а мысли начали разбегаться в стороны. Я чувствовал, как внизу умирают порождения. Один за одним они бросались в огненный водоворот, сгорая, но… Да, ослабляя его. С каждой отнятой жизнью пламя ослабевало. Долго так заклинание не продержится — такими темпами уже через десяток-другой тварей оно рассыпется. Я запитал и его от своего источника, и тут же будто получил удар под дых — кто-то попытался нарушить течение магии в комнате, и оборвать заклинание. А вот и эмиссар пожаловал, как я и думал. В нескольких метрах от нас каменную кладку просто разорвало, выпуская наружу зелёный сгусток пламени. Хитрая скотина — теперь весь жар выходил сюда, ослабляя воздействие заклинания в зале, так что теперь защищённые заклинаниями эмиссара, порождения тьмы бежали к лестнице, больше не сгорая в пламени бури. Но это мы щаз быстро поправим! Я напрягся и влил в заклинание силу Крови и Духа. Гудение пламени превратилось в настоящий рёв, а из разлома в небо устремился настоящий огненный столб необычайно яркого сине-зелёного пламени. Я перевернулся на живот, вываливаясь из рук Алистера и меня вырвало. Кровью.
— Эй-эй! — Голос молодого Стража доносился как сквозь вату. — Ты давай, полегче. Не подыхай мне тут раньше времени.
— Не… Дождёшься…
— Это что ещё такое… Дыханье Создателя!
Я поднял голову, стремясь увидеть то, что удивило Алистера, но не смог сфокусировать взор. Меня обдало потоком ветра, а затем я услышал подозрительно знакомый старческий голос:
— Ну, надо же. Стоило мне выйти прогуляться, по своим делам, полюбоваться ночными красотами, как вдруг меня чуть не сбил целый огненный поток. Приглядеться стоило поближе, как я увидела двух Серых Стражей, что умирают на этой одинокой башне… Быть может вам нужна помощь…
— Да, моему другу… и он чувствует себя…
Звуки стали пропадать, а мысли и вовсе застыли, словно мухи в смоле. Вместе с ними пропадала и моя связь с заклинанием. Веки медленно опустились вниз, погружая весь мир в спасительную темноту.
Дункан устал. Смертельно устал, но не переставал махать клинками, убивая одну тварь за другой. Ему давно уже не казалась хорошей идея выйти в поле, встречая орду лицом к лицу, но отмотать назад время и изменить это решение он не мог. Порождений тьмы оказалось просто слишком много. Он уже трижды подавал условный сигнал, но помощи что-то никак не было видно. Отвлечься на то, чтобы поглядеть в сторону башни Ишала, Дункан себе не позволял — надо было постоянно спасать мальчишку, старшего сына его старого друга, короля Мэрика. Кайлан будто не понимал всю опасность, что грозила ему в этой толпе тварей, и лез в самую гущу битвы. Откуда-то донёсся выкрик Рича, но Дункан не вслушивался. Быть может, старый друг пал, но его задача…
— Аргх…
Внезапно Зов усилился, заползая в уши старого Стража липкими щупальцами. Он не смог ему сопротивляться… Сразу. На краткий миг он увидел его — Архидемона, что возвышаясь над бесконечными ордами тварей, звал к себе. На секунду в этом безголосом шёпоте Дункан услышал музыку… И переборол себя, разворачиваясь и вскидывая меч. Но ему это не помогло — огромный огр отбросил Стража ударом лапы, проносясь куда-то мимо него, дальше. Дункан ненадолго потерялся во времени и пространстве, а когда очнулся… Он видел, как огр подбежал к Кайлану, видел и как молодой король уворачивается от попыток огромной туши сграбастать его. Кайлан нанёс несколько неглубоких ран, но то ли возгордился своими успехами, то ли сам устал от боя — огромная лапа схватила короля и подняла на высоту в три метра над землёй. В последней отчаянной попытке борьбы молодой король вонзил клинок в лапу огра, где он и застрял, зажатый мышцами твари. Дункан видел, как медленно сминаются сильверитовые доспехи Кайлана, слышал его предсмертный крик, превратившийся в хрип. Видел фонтан крови, вырвавшийся из его рта. Тело короля в помятых доспехах было отброшено огром и, несколько раз кувыркнувшись, упало перед лицом Стража. Дункан заглянул в угасающие глаза Кайлана. В них отображались боль, непонимание и обида. На что или кого — он уже никогда не сможет рассказать. Злобно оскалившись, старый Страж поднялся на ноги. Собрав остатки сил, что сумел найти, Дункан понёсся в сторону ревущего огра. Чей-то меч подвернулся под руку — Дункан схватил его левой свободной рукой, выдёргивая на бегу из замершего на земле тела. Огр обернулся к нему — и пошатнулся от удара: Дункан прыгнул, всем весом вгоняя в сердце твари два меча. На большее его уже не хватило. Огр ревел, махал руками, пытаясь схватить и отбросить от себя человеческую букашку, но это была уже агония — лапы твари не подчинялись ей, движения были судорожными и не достигали Стража. Ноги твари подломились, и она завалилась назад.