Следом из своей палатки показалась Лелиана. Бард оказалась неоценимым источником пищи. По крайней мере, уже третий день подряд девушка отправлялась с луком и стрелами на охоту, и третий день подряд она с охоты приносила нам дичь. В основном это были кролики, но вчера вечером она умудрилась завалить молодого кабана, о чём и заявила, вернувшись в лагерь и потащив меня за этой тушей в лес. Надо ли говорить, что в лагерь я пришёл злой, исцарапанный и уставший, ибо по лесу ходить аккуратно и нести на себе лишние полсотни кило, я как-то не умею. Лелиана же заявила, что текущей добычи нам хватит на весь оставшийся путь и что больше она на охоту не пойдёт. С ней никто и не спорил — мяса и правда должно было хватить.
Последней, как всегда, проснулась Винн. Хотя, мне кажется, она просто прикидывалась — уж больно ясные у неё были глаза, когда она появлялась из своей палатки или поднималась с лежака. Хотя, мне кажется, что у меня такие же. Всё же бытие духом и одержимость им дают свои… Преимущества. Так, Тень становится намного ближе, сон намного «жиже», не затягивает тебя в трясину беспамятства, и пробудиться от него становится намного легче.
Разговоров в пути было не так много. В основном общались Винн и Лелиана, на темы веры и магии, Морриган же всю дорогу читала свой талмуд. Даже во время скачки пару раз пыталась это сделать, но, после того, как я дважды пригибал ей голову, чтобы она не снесла ею низко растущие ветви деревьев, перестала это делать.
Обратно в Редклиф мы прибыли на исходе четвёртого дня. Интересно было то, что флагов вокруг замка прибавилось, как и походных палаток. Как опознала Лелиана, помимо того, что в замок вернулись ещё группы рыцарей Эамона, к нему так же подтянулись несколько баннов. Причину их приезда я узнал чуть позже, хотя и не ошибся в своём предположении — назревала гражданская война и банны искали того, кто поведёт их под единым флагом. Их не волновала болезнь Эамона — как болеет, как и поправится, считали они. Потрясающая уверенность в своём эрле.
Банн Теган нашему приезду обрадовался. Узнав, что Винн чародей-целитель, он пришёл просто в неописуемый восторг, который быстро спал, когда она вынесла свой вердикт — чета Кусланд и Эамон отравлены одной и той же дрянью, которая и правда была очень похожа на то, чем когда-то пытались убить и Дюрана. Разве что, Скверны в ней не было. И сделать с этой дрянью она может только у Кусландов — повреждения организма Эамона слишком обширны, а отрава зашла слишком далеко.
— Магия могущественна, но не всемогуща, — покачала головой Винн. — Банн Теган, я могу попытаться помочь эрлу, но моих знаний и умений достаточно для того, чтобы сказать, что ничего из этого не выйдет… Пожалуй, Урна Священного Праха, о которой вы говорите, может стать для эрла последней возможностью вновь пробудиться…
Мой личный демон так же подтвердил, что обратить заразу без катастрофических последствий для организма Эамона не получится, даже если она будет работать вместе с Винн. Да, когда мой дом уплыл из этого участка Тени, Китти пришлось несколько несладко — перестав чувствовать присутствие силы Духа, как выразился сам демон, мощного Духа, к трещинам в Завесе начала активно подваливать всякая мелочь. Китти пришлось постараться, выстраивая из остатков своего разрушенного кем-то домена целый лабиринт, не пустивший демонов в реальность. Демона я поблагодарил, отдав ему на откуп нижний уровень дома — подвал так и не получилось оформить во что-то более-менее внятное. Кстати, на счёт меча Китти так же ничего внятного не рассказала, хотя, заставила задуматься. Осмотрев его проекцию и выслушав о его свойствах, она лишь пожала плечами: