— Я хотела бы посмотреть на место нахождения Урны, — подала голос Винн, — но последняя неделя выдалась несколько… Насыщенной. К тому же, эрл и тэйрны требуют наблюдения, так что я бы осталась здесь, с твоего позволения.
— Я тоже не жажду тащиться в горы, — заявила, к моему удивлению Элисса. — Денерим меня несколько утомил, и я хотела бы отдохнуть.
Желания идти так же не высказали Лина, Каллиан и Морриган. Лелиана же напротив, высказалась «за»:
— Я мечтала взглянуть на Урну с тех пор, как услышала о том, что это не просто сказка. Возьми меня с собой!
Алистер же просто пожал плечами:
— Как скажешь, так и будет.
— Получается, идём втроём?
— Похоже на то, — улыбнулась Лелиана.
— Пожалуй, там может оказаться несколько опаснее, чем хочется вам думать, — вдруг вмешалась Морриган. — Придётся мне компанию составить вам.
— Ты же не хотела…
— И я по прежнему желаньем не горю. Однако же, безумием, пожалуй, будет доверить жизнь твою растяпе и ветреной девице…
— Я не растяпа!
— С чего это я ветреная⁈
Я усмехнулся и, позволив троице начать свою пикировку, обернулся к остальным. Элисса недовольно кусала губы, но пойти желание не изъявила. Её право.
— Элисса. У меня будет к тебе просьба.
— Дайлен?
— Банн Теган просил помощи в управлении собирающимися войсками и баннами. Ты дочь тэйрна и явно знаешь о том, как наладить быт большого количества людей. Помоги Тегану, пока не очнётся эрл, хорошо?
— А… Ладно. Хотя лучше бы попросил моего отца.
— Тэйрну необходимо поправиться. Да и тебе он поможет с куда как большей охотой.
На этом в целом импровизированный совет Стражей и окончился. Разве что Дюран попросил переговорить с глазу на глаз. Я не стал отказывать. Закрыв дверь в свою комнату, и наложив барьер, чтобы никто не подслушивал, я сел и стал ждать рассказа о том, чего от меня хочет Дюран. Но, вместо рассказа, мне в руки сунули вскрытый тубус с письмом внутри:
— Читай.
— А мне точно стоит?
— Читай.
Я развернул небольшой лист пергамента и зажёг светляк, чтобы разобрать беспорядочные строчки. Видно было, что письмо написано в спешке…
Дорогой мой сын. Возможно, ты сожжёшь это письмо не читая. Если так произойдёт, винить тебя не буду. Но я бы не вернулся в Камень, не сказав тебе об этом: я узнал, что это Белен. И когда я понял это, то понял и то, что я был глупцом. Ведь только глупец способен вырвать у себя из груди сердце и сжечь его в угоду приличиям. Я никогда не верил в твою вину. Я позволил себе тебя изгнать, потому что боялся, что расследование убийства Триана докажет твою вину. Но всё же, я сомневался в этом, и я решил проверить. Я решил, что изгнанием я мог лишить невинного того, что принадлежит ему по праву. А потому, в Указах ты не числишься как изгнанный. Ты был мной выслан из Орзаммара, и, я надеюсь, что ты остался жив. Твой десница сделал для этого всё, что только смог. И, как я понимаю, не только он.
Спасённый тобою гном знает больше. Найди его, когда вернёшься в Орзаммар.
Скупо. А главное, я был прав…
— Принц Эдукан…
— Я изгой и Серый Страж.
— А твой отец пишет, что нет.
— И что я докажу этим письмом? У меня нет ни бумаг, ни поручителей. Харроумонт, кажется, решил сам сесть на трон, ему противостоит Белен, и весь Орзаммар разделился на два лагеря. Там нет места для третьего.
— А если представится возможность?
— Я был бы рад не допустить до трона Белена. А Харроумонт… Мне надо разобраться.
— Тогда, ты знаешь, что в Орзаммаре тебе стоит быть осторожным и носить шлем постоянно. И собирать информацию, конечно же. Много информации.
— От Ордена рано или поздно потребуют поддержки или помощи. Всё же, как я слышал, Белен и Пирал имеют почти равную поддержку в Совете. Однако, из-за коварства брата, я уверен, что большая часть деширов рано или поздно, но поддержит его. Обман, шантаж и подкуп…
— А так же кинжал, яд и отрубание конечностей. Он это любит, да.
— Думаешь, это был он?
— У меня было время подумать, и даже возможность с ним увидеться. Вне всякого сомнения, это был он. Надо было сразу его убить.
— Тогда тебя бы не простил отец. Да и я, пожалуй, тоже.
— Зато ты был бы принцем, а твой отец и брат были бы живы. Хотя, ты всё ещё принц, — гном лишь отмахнулся. Я же спросил: — А «спасённый гном», это тот, которого ты оставил помогать Харроумонту?
— Да, больше я вроде никого не спасал.
— Думаешь, он ещё жив?
— Если догадался спрятаться, то должен быть жив.
Мы помолчали некоторое время. Затем я сказал:
— Иди. Тебе надо собраться и найти закрытый шлем.
— Не так-то просто у вас, наземников, найти шлем для гнома.