— Легенды людей говорят о Талсиане, которого вы учили магии Крови.
— Да, он был одним из первых. Он возродил веру в нас, а мы назвали ему наши имена. Семь имён. Восьмоё мы забыли, специально. Наш брат предал нас и, хотя и был обманут позже Эванурисами, изгнан далеко на север, за острова Пар Воллен, мы не могли простить его… По нашему плану люди должны были открыть путь в Тень. Мы, как причастные к её созданию, нашли способ. Тень была стабильна, но лишь пока Завеса цела. Стоит только немного надавить, прорвать — и энергия Тени стремилась вернуться на своё законное место в мире. В Тени же они должны были изменить заклинания Фен’Харела и позволить энергии веры снова наполнять нас. Магия Крови и лириум просто даровали людям силы на это. Людей было решено на это дело пустить лишь семерых — если изменить заклинание не получилось бы, мы бы просто заняли их тела. Учтено было многое, но мы не учли одно — осколки наших объединенных сознаний, сила разных верований, сила Бездны, Крови и лириума и Творец знает что ещё, смешались в диком коктейле, образуя то, что позже назовётся Скверной. Мы готовились вернуться почти два тысячелетия и не видели того, что творится в Чёрном городе, ибо Скверна пряталась от нашего взора. Когда же люди смогли открыть проход и шагнуть в Чёрный город… Это было похоже на прилив — изо всех щелей хлынула чёрная масса, погребая под собой наших первожрецов. Мы пытались помешать, защитить их от этого, но тщетно — наши силы были ограничены. Так появились первые порождения тьмы, и так в Тедас пришла Скверна. Мы наблюдали за этими созданиями какое-то время и даже решили, что сможем их использовать — Скверна не влияла на них, а значит, они могли войти в Чёрный город и вернуть нам силы. Они тянулись к нам, искали нас, а мы звали их, ощущая осколки цепи наших сознаний. Меня нашли первым, и я не ожидал того, что будет: Скверна просто вышвырнула моё сознание из тела, оскверняя его и творя новое. Я пытался помешать, но не смог. Со временем, я смирился и стал изучать влияние этой гадости на своё собственное тело и сознание, влияние на порождений тьмы и на наших Первых… Остальное ты должен знать — четыре Мора, четырё мёртвых Древних бога. И, как ты говоришь, теперь по Тедасу шагает Пятый.
— А где ещё три бога?
— Где-то тут бродят. Может, слушают нас. Может, спят. Я им не хозяин, чтобы следить за ними.
— Вот значит как…
— Ответь мне теперь — насколько иронична же судьба, а? Фен’Харел стремился дать эльфам свободу, а вышло так, что загнал их в тысячелетнее рабство! Поистине, предатель всегда предатель, хочет он того или нет!
Думат рассмеялся, а я задумчиво почесал подбородок. Поверил ли я ему? Нет, были несостыковки в рассказе, были пропущенные моменты… Я не поверил всему рассказу, но процентов восемьдесят-то правды там было… Наверное? Ну, кроме рассказа было ещё кое-что, что меня несколько тревожило. Думат отсмеялся, а я поднял на него взгляд и задал вопрос:
— Для дракона Тишины, ты слишком много болтаешь. Ты уверен, что ты тот самый Древний бог?
— Мы же уже определились — его тень. Скажи мне, дух, чем прекрасна тишина?
— У неё много достоинств… Ну, если подумать, то… Покоем?
— В тишине удобно слушать — ты можешь услышать даже самый тихий шёпот, что обращён к тебе. В тишине удобно мыслить — никто не сможет нарушить ход твоей мысли, если ты задумался. В тишине удобно говорить — никто не сможет перебить тебя, если все молчат. В тишине я могу донести до своих почитателей ту мудрость, которой обладаю сам. Имя «Дракон Тишины» не значит, что я должен много молчать. К тому же, когда тебя не станет здесь, я снова умолкну, переваривая то, что получу от тебя как знание.
Что-то не входило в мои планы развлекать бывшего Архидемона…
— Ты сказал, что Фле… Митал смогла отсюда выбраться. Как?
— Я уже ответил: она откликнулась на зов искренне взывающей души. А почему тебя это волнует?