— Мне всё понятно, достаточно. Я рад, что смог помочь.
Пояснять, кому именно я смог помочь, я не стал — и так понятно было, что Изольда поняла подтекст. В разговор снова вступил Эамон, негромко кашлянув:
— Что же, я так подозреваю, вы все меня знаете. А я вот большинство из вас вижу впервые. Алистер, ты не будешь так добр представить мне своих спутников?
— Как пожелаете, эрл Эамон, — Алистер всё же повернулся к Эамону, а на лице его была лёгкая радостная улыбка. Судя по всему, удивился не только я, но и сам Эамон. — Я думаю, Элиссу Кусланд и тэйрнов вам представлять не надо…
— Брайс, Элеонора, прошу прощения, что я перед вами лежу в таком виде!
— Мы в курсе твоей болезни, Эамон, — улыбнулся Брайс, которому уже подставили резное кресло, в которое он сел. Такое же поставили и для Элеоноры, но та уселась на колени к мужу, вызвав усталый вздох последнего. Элисса же заняла её место. — И благодарны твоей жене Изольде за то, что она приняла нас в это нелёгкое время. О делах поговорим немного позже.
— Дальше… Это брат Фердинанд Дженитиви, историк и исследователь, труды которого и помогли нам отыскать для вас лекарство.
— Давно не виделись, брат Фердинанд.
— Признаться честно, я рад вас снова видеть, эрл.
— Вот и зачем мне кого-то представлять, если вы уже всех знаете, — заворчал Алистер, однако, продолжая: — Это Морриган, она… Помогает нам.
Морриган едва заметно склонила голову. В её исполнении это чуть ли не поклон. Эрл лишь хмыкнул, явно веселясь от её реакции. Сама Морриган при этом выглядела недовольной — ну да, внутреннее применение Праха сильно отличалось от наружного, поскольку никаких эффектов или отголосков наружу не прорывалось. Так что все её приготовления оказались бессмысленны.
— Это Зевран. Он… Тоже нам помогает, — весело оскалившийся Зевран поклонился и явно был готов задвинуть какую-то тираду. Открывшему было рот эльфу, я вбил локоть под рёбра, заставив его поперхнуться воздухом и повторно склониться в поклоне, вызвав очередной смешок Эамона. — А это наш командир, Серый Страж Дайлен.
— Вы давно не были в нашем замке, юноша, — почесав бороду обвинительно сказал Эамон.
— У меня было мало времени и много дел, — слегка улыбнулся я в ответ. — Удивительно скорее то, что вы меня помните.
— Я никогда бы не смог забыть столь… Яркое ваше с Элиссой выступление. Итак, я так понимаю, раз Серые Стражи здесь, то Мор…
— Кхм, брат… Вестей много и не все из них хорошие. Нам многое нужно обсудить…
Морриган, Зевран и Алистер покинули нас весьма быстро. Морриган удалилась, сообщив, что ей необходимо разобраться с книгой матери. Зеврана же Алистер утащил «проверять наших спутниц», не желая ввязываться в долгие разговоры. Элисса, встрепенувшись от этих слов, так же откланялась. А вот меня «проверять спутниц» не пустили — сказали, что без моего рассказа история окажется не полной.
Первым выступал банн Теган, огорошив Эамона известием о смерти Кайлана и предательстве тэйрна Логэйна. Выслушав его историю, Эамон долгим отсутствующим взглядом стал буравить окно. Наконец, он произнёс:
— Бедный мальчик. Я помню его совсем ещё юнцом. Логэйн… Он всегда смотрел на него не как на врага, конечно, но была в его взгляде какая-то странность. Особенно, после смерти нашей с Теганом сестры, Роуэн.
— Ты об этом раньше говорил. Но ты же не думаешь на самом деле, что Логэйн и Роуэн…
— Имеет ли это значение? Наш племянник мёртв, а лучший друг короля Мэрика ныне узурпировал власть. Не такого будущего он бы желал…
Следом за Теганом историю Редклифа рассказала Изольда. Было в её рассказе кое-что, что меня заинтересовало — тэйрн Логэйн сам предложил ей помощь. И случилось это почти сразу после того, как сама Изольда узнала о том, что её сын — маг. Судя по всему, шпионы у Логэйна работали очень даже неплохо… Смею предположить, что все они сдохли во время буйства Китти в замке, но на всякий случай, стоит попросить Лелиану и Зеврана поискать эти асоциальные элементы… В процессе рассказа Изольды нам принесли обед. И, пока мы уплетали жареное мясо, ослабшего эрла кормили жидким супом с разваренными кусками курицы в нём — похоже, Винн позаботилась о рационе для своего пациента. Эамон недовольно кривился и с завистью косился на нас, но всё же исправно открывал рот. Наконец, и Изольда закончила рассказывать историю произошедшего в Редклифе.