— Ну, в целом ясно. Что же, раз мы со всем разобрались…
— Мы ещё не закончили.
Свалить не получилось, хотя за окном вовсю горел закат. Тяжело вздохнув, я продолжил, вкратце рассказывая о том, что было после Остагара. Тот факт, что магов осталось совсем ничего и для будущей армии их на полноценную магическую поддержку не хватит, Эамона очень огорчил, но он своё недовольство всё же сдержал — мы тут уже несколько часов сидим и устали все. Хотя говорю один я! Раздражает. Кстати, после появления кровавого меча, мои резкие всплески гнева и амнезии пропали, что не может не настораживать. Какая бы дрянь во мне не сидела — она всё ещё неподалёку. Наконец, повосхищавшись тому, что нам удалось найти Прах Андрасте, Эамон провозгласил:
— Что же, друзья мои. Сегодня мы все устали и нам необходим отдых и время на то, чтобы обдумать услышанное. А завтра я хотел бы видеть вас всех здесь… И, Дайлен, тебе придётся взять с собой завтра Алистера. Он должен здесь присутствовать, — кажется, этот намёк поняли все, не только я один.
В моей комнате было на удивление оживлённо — слуги, подгоняемые своим главным, таскали в ванную комнату ведра с горячей водой: водопровод был не везде, это всё же гномье «изобретение», которое они встраивали там, где сами строили. К замку Редклиф они, похоже, свою руку прикладывали, иначе никак — едва ли люди смогли бы проложить местный подземный ход. Водопровод здесь тоже был, но не везде и только с холодной водой — раньше за поддержание «котельной» отвечал маг, а сейчас эта должность в замке пустовала, а попросить меня, Морриган или Винн никто не догадался. Ну и ладно, завтра починю. Увидев меня, главный над слугами поклонился:
— Милорд маг, ванная почти готова.
— Какой я тебе милорд. Просто маг.
— Мы вас помним, — вдруг улыбнулся он. — И помним, как вы утёрли нос выскочкам Хоу. Ваша фамилия достаточно знатная, пусть вы и лишены большей части привилегий. И это если не вспоминать того, что нашими жизнями мы обязаны вам.
— Ладно, уговорил. Пройти только дай.
Сами покои были явно не для слуг, но и не для королевской четы — три комнаты, одна из которых была ванной, а вторая спальней. В ванную и спальную комнаты вели двери из общей, которая была, по сути, кабинетом — стол письменный, несколько стульев и пара пустых ныне шкафов. В спальне помимо двуспальной кровати был так же и камин, пока что не затапливаемый — на дворе ещё было довольно тепло, хотя и зима близко. Я хмыкнул, отметив схожесть порождений тьмы и неких неживых созданий, про которых вспоминали каждый раз, когда припоминали «близкую зиму».
— Ванна готова, милорд.
— Благодарю. Только никого не надо присылать «тереть мне спинку», хорошо?
— А многие были бы рады, — хмыкнул главный над слугами. Кстати, имени его я что-то не слышал.
— Я учту, но не надо. Я устал.
— Как будет угодно.
Вереница слуг покинула комнату, оставляя меня в одиночестве. Броню я скинул быстро, погружаясь в тёплую воду. Давно я не принимал нормально ванну… Скрип петель входной двери был слышен даже здесь. Я слегка разомлел, но понимал, что едва ли наёмный убийца стал бы так шуметь.
— Я просил никого не присылать!
Ответа не было, зато шорох одежды за дверью был отлично слышен. Ну и фиг с ними, я для всех в состоянии нестояния. Вот. Когда открылась дверь в ванную комнату, я повторил, для особо слышащих:
— Я просил никого не слать.
— Я слышала.
Я удивлённо открыл глаза, но мой взгляд почти сразу закрыл рыжий водопад, а на губах появился знакомый вкус, подтверждая, что либо сны умеют повторяться, либо это был не сон…
Глава 28
Утро начинается не с кофе. Вообще, какого фига я пристал к этому кофе? Никогда его особо-то и не употреблял. Хотя, надо бы узнать о его наличии — животный и природный мир в целом были схожи в обеих моих жизнях. Те же курицы, свиньи, коровы, пшеница, картофель и гречка, точно такие же огурцы, помидоры и лимоны. В Тевинтере и Орлее даже чай есть. В Ферелдене, правда, за счёт его холодного климата чай не так распространён — люди предпочитают спиртовые настойки, вроде того же пунша. Не сказать, что чай здесь совсем не уважают, но пьют его в основном местные аристократы, и то, лишь на тех мероприятиях, где трезвая голова просто жизненно необходима.