— А… Да, прости. Я всё ещё не могу себе представить, что кто-то живёт всю свою жизнь взаперти. Так вот, когда мы вернулись, я имела неосторожность высказать Маржолайн всё, что я о ней думаю. Тогда она повинилась, предлагая забрать эти документы, а я была всё ещё весьма наивной, чтобы поверить ей…
— Ты любила её?
— Что? Я… Да. Я думала, что это взаимное чувство, но она предала меня, предала мою веру в неё, подставив нас. Я много дней провела в камерах эрла Денерима… И не хочу вспоминать, что именно там происходило. Признаться честно, я даже обрадовалась, когда услышала о том, что Каллиан прирезала этого борова Вогана. Из застенок мне помогла выбраться мать Доротея. И я до сих пор не смогла у неё узнать, как именно она узнала обо мне. Тага мы лишились — его запытали до смерти. Преподобная мать отправила нас следом за Маржолайн. Мы настигли её на побережье Амарантайна, и мне удалось победить её и забрать бумаги.
— Ты не стала её убивать?
— Мне претила эта мысль. Даже её предательство, которое я видела своими глазами, ощущала своим телом, даже оно не позволило мне поднять на неё руку. Она была для меня всё ещё очень важна. Я вернулась к матери Доротее и вступила в ряды Церкви как послушница. После этого я осталась в Лотеринге, стремясь забыть прошлое и найти новую цель в будущем. Там я встретила тебя… И вот теперь Маржолайн снова хочет моей смерти.
— Зачем ей это?
— Я знаю о ней многое. Знаю о том, какой она может быть. И она никогда не поверит мне и моим словам о том, что я не стану её преследовать или предавать — Маржолайн всех меряет по себе. И она не раз говорила мне, что я напоминаю ей её саму…
— Чушь всё это, — повернувшись к девушке, я обнял её и притянул к себе, вдыхая запах ещё влажных волос. — Ты не она и такой как она ты не станешь: иное окружение и иной жизненный опыт. Помни об этом.
— Рядом с тобой, — уже сонным голосом пробормотала Лелиана, — я такой не стану. Только будь рядом.
Я же гладил засыпающую девушку по волосам, понимая, что не могу этого обещать.
Выход состоялся ранним утром. Собиравшиеся составить мне компанию Алистер, Лелиана, Каллиан, Лина и Зевран были неприятно удивлены моим отказом и прямым приказом оставаться в Редклифе. Пришлось даже пояснять свою точку зрения негодующему Алистеру и эльфийкам:
— После того, что случилось в Убежище — я не могу вас пока никуда выпустить. Ваши доспехи откровенная фигня, и только мои способны выдержать очень и очень многое.
— Да не такая уж они и фигня! — Возмутился Алистер.
— Только у тебя и то, они уже носят множество следов прошедших схваток.
— Кхм-кхм, прошу прощения, но я позволю себе отметить, что моя броня тоже довольно высокого качества, — встрял Зевран.
— И что, она выдержит удар драконьей лапой?
— Она, пожалуй, такой удар и переживет, а вот на счёт себя, любимого, я не уверен.
— Именно. А ваше оружие? Только у меня и Алистера оно является необычным и зачарованным, способным выдержать любой удар, пробить любую броню, нанести урон любому существу, будь оно из плоти и крови, или из эфирного духа.
— Вообще-то…
— Хорошо, Зевран, я тебя понял, твоё оружие тоже высокого качества. Но наше с Алистером — на порядок выше. Я не могу выпустить вас из Редклифа, пока это не изменится.
— Пока тебя не будет, мы всё равно сможем уйти, — заметила Каллиан.
— Вы можете попытаться. Но я-то вернусь. Как думаешь, сможешь ли ты сидеть на своей попе, когда я тебя найду и догоню?
— Ты не посмееш-ш-шь! — Каллиан аж зашипела от возмущения.
— Можешь проверить. Каждый из вас может.
— Ой, кажется, нам пора тренироваться, — резко засуетился Зевран.
— И это тоже, — кивнул я, давя взглядом всё ещё набычившуюся Каллиан. — Ты сама не так давно сидела на песке и утверждала, что ты почти бесполезна, не умеешь сражаться и вообще, тут все лучше тебя. Не твои слова?
— Опыт реальных боёв ничто не заменит, — девушка была всё так же упряма. Даже Лина уже положила руку на плечо подруги, стремясь её успокоить.
— И какой ты получишь опыт в бою с драконами, чью чешую твоими пырялками даже не пробить?
— Я… Ладно. Убедил. Но с тебя броня и оружие!
— Даже зачарованное, — кивнул я.
— Колдовство! — Донеслось откуда-то сбоку
— Бодан? — К нам подошёл гном, ведя своего «особенного ребёнка» за руку.
— Здравствуй, Дайлен. Мы с сыном отлучались на пару дней, и рады, что с вами всё в полном порядке.
— А Кролика где потеряли?
— Ваш пёс уже убежал к своей хозяйке, — от одного из окон замка раздался радостный, хотя и сонный, возглас, а так же счастливый скулёж. — Он довольно много времени провёл с моим мальчиком, так что я даже успел к нему привязаться.