— Как вообще работает ваше «чувство Камня»? — Вмешался я. — Через десять метров камня вы не можете ощущать, а тоннели и обвалы чувствуете за километр. Это как?
— Вам, наземникам, этого не объяснить…
— Чем-то похоже на тот принцип ориентации в пространстве, что ты сделал в браслете, — прервал его Дюран. — Гномы чувствуют единую полость в горе, чувствуют лириум и металлы в её глубинах, но жилы при этом не должны пролегать слишком уж глубоко от того места, где располагается гном. При этом, это чувство у каждого из нас развито по-разному. Поэтому ни один гном никогда не заблудится на Глубинных тропах, но ни один из нас не сможет окинуть единым взором все недра сквозь всю гору. Небрежные или даже многотонные завалы на пути нам покажутся царапающей сознание помехой, но монолитная стена — она и есть монолитная стена. Поэтому легионеры и не почувствовали, что за ней есть полость, но называли это место «странным».
— Всё ещё не понял, если честно.
— Прими как данность, вроде своей магии.
— Магия — это вам не вроде, тут учиться надо! Это целая наука о том, как мир устроен! И ваше «чувство Камня» туда не вписывается!
— Значит, эта твоя наука знает не всё, — пожал плечами Дюран, заканчивая дискуссию.
Спали все плохо и беспокойно. Не помогло даже моё вмешательство — народ постоянно просыпался, хватаясь за лежащее рядом оружие, и, видя, что никто не сражается, заваливался спать дальше. Пришлось даже насильно продлять отдых и дольше сидеть на страже — мне проще справиться с последствиями недосыпа, чем остальным. Поднялись все всё равно разбитыми.
На том месте, где мы вчера встретили Геспит, уже ничего не было, даже гномьего трупа. Разве что потёки крови остались на камнях. Мы продолжили свой путь, направляясь в то же ответвление, что и Геспит, намереваясь поискать её там, но, когда мы вновь вышли в пещеру, поиски гномы отошли на второй план, поскольку открывавшееся нам зрелище было…
— Замечательно! — Хмыкнул я.
— Отвратительно! — Поморщился Алистер. Ему вторили оба гнома.
— Бу-э-э-э-э… — А вот девушки отвернулись и не сдержали рвотные позывы. Причём все. Признаться честно, я бы их поддержал тоже…
Мы стояли на небольшом каменном пандусе, идущем вдоль стены пещеры и ведущем вверх и вниз. Вверху, на противоположной стене, кажется, был какой-то проход, но это было не точным утверждением: напрягая зрение, я смог разглядеть там отблески света. Сам зев тоннеля был сокрыт от нас шириной пандуса. А вот внизу, под нами, разворачивалась настоящая оргия, состоящая из порождений тьмы и…
— Это что, матка?
Довольно уродливое создание, но всё же отличается от того, что я когда-то видел. Ближе к Матери — туловище гномы с обезображенным, но всё ещё узнаваемым гномьим лицом, распухало ниже того места, где у нормальных разумных находится грудная клетка, и расходилось в стороны, образуя щупальца. Под щупальцами копошились порождения тьмы, совершая… Характерные поступательно-вращательные движения. Судя по тому, что из-под некоторых щупалец выползали совершенно голые генлоки, размерами намного меньше своих собратьев, покрытые при этом какой-то слизью, которых оттаскивали в стороны чем-то похожим на багры другие генлоки, полностью одетые, там были необходимые отверстия. Мелким генлокам что-то вручали их старшие собратья, кажется, какие-то куски мяса. Но не все успевали до этого момента дожить — кое-где мелкие твари впивались в своих собратьев, разрывая их на части и утоляя голод прямо на месте. В пещере стояла затхлая вонь, её пол был покрыт слизью и кровью, так что наше отвращение было весьма понятно.
— Можно, я залью это место огнём? — Без привычной стихотворной манеры поинтересовалась Морриган.
— Я тебе в этом помогу, — морщась от отвращения, заявила Винн.
Ведьма и волшебница взялись за руки, демонстрируя удивительное единодушие, после чего стали плести заклинание. Я же обратил своё внимание на пандус — он был довольно грубый, но всё же несколько потёртый ногами — кажется, по нему часто поднимались наверх. Возможно, что и вниз спускались, но явно не гномы… Присоединяться к заклинанию я не стал — оно и так выходило мощным, а привлекать внимание тварей раньше времени своей магией я не хотел. Наконец, заклинание было закончено, и, с устремленных вниз посохов, рванулся целый поток белого огня: кажется, наши магички слегка разозлились, раз вбухали в заклинание столько сил. Только сейчас некоторые генлоки задрали головы вверх, но это было последнее, что они смогли сделать — белое пламя просто испепелило тех, кого коснулось первым. Поднялся вой, а матка, раскрыв свою пасть, издала и вовсе жуткий рёв. Её щупальца потянулись вверх, открывая вид на…