— Я поняла.
— И почему он назвал меня «Великим»?
— Только Высшие демоны и духи способны преодолевать законы Тени. Вот как сейчас — при пересечении Завесы предмет теряет свою инерцию. Если просто ударить с подобной вам силой демона, переступившего за черту, но ещё не перешедшего полностью — он просто шагнёт назад, полностью перейдя обратно в Тень. Вы же не просто нанесли сильный удар — подчиняясь вашему желанию, Тень оставила телу Ярости инерцию, благодаря которой он и отлетел от разрыва в Завесе.
— Но я этого не желал осознанно!
— Осознанное желание необязательно. Тень — царство грёз, а в это понятие входит не только сон, но и любое воображение. Вам достаточно и подсознательного желания, чтобы законы Тени, пусть на краткий миг, но изменили свою структуру.
— Как глубоко ты в библиотеку забурилась?
— Ваша память не нарушена…
— Дома поговорим, — хмыкнул я, вытаскивая руку из затягивающегося разрыва.
Странно. Очень странно. Вопрос не в том, что я, по мнению ручного демона, способен воздействовать на Тень: тут наверняка что-то ещё, не только лишь моя голая сила. Ну не верил я, что я стою на одной ступени… Ну ладно, пусть даже на одной лестнице с кем-то вроде Митал или Кошмара — я их какое-то время не наблюдал, но даже не такое уж и давнее созерцание Архидемона меня в ступор вгоняет, а он, пусть и посильнее Кошмара, но с Великим демоном сравним. Архидемона убивают не герои-одиночки, а целые армии разумных, пробивающие путь для группы Стражей, один из которых станет тем самым счастливчиком, что воткнёт свою остро заточенную железку в жизненно важный орган тела. И не стоит тешить себя иллюзией — смерть любого Архидемона, по сути, лишь везение смертных. Или же… Или же желание самого Архидемона? Хм… Занятная мысль. Наверняка Богу Красоты не слишком комфортно в этом его новом теле… Избавить бы его побыстрее от этого бремени, заодно и сам освободюсь.
Обернувшись к старому магу, я стал свидетелем картины «Охренел так охренел» — выпученные глаза, трясущиеся руки, отвисшая челюсть… И всё это быстро вернулось в норму, стоило только Авернусу осознать, что я уже к нему не затылком повёрнут.
— И что это за выражение лица?
— Ты понимаешь, что ты сделал?
— В некотором роде повторил подвиг магистров древнего Тевинтера?
— В некотором роде, да, — кивнул старый маг. — Только без гектакомбы жертв, без знаний, подготовки и малейшего чтения заклинания!
— Ну, ты сам создал стабильный разрыв…
— Нет, это иное. Мой разрыв — это дверь для жителей Тени, она открыта с той стороны, при этом с этой пересечь её просто невозможно!
— Ну, тут было много трупов…
— Не настолько много, — отрезал Авернус. — Да, смертей было предостаточно, чтобы разрыв вышел из под контроля, пропуская уже не только демонов условленной силы и в определённом количестве, но и гораздо более сильных демонов и в большем числе. Но этих смертей не хватало, чтобы открыть беспрепятственную возможность входа в Тень!
— Ну, я в неё и не вошёл…
— Ты пересёк черту! Да, только одной частью тела, но… Как?
— Хотел бы я и сам это досконально знать, — тяжело выдохнул я. — Эта штука, — я потряс рукой, — появилась после Посвящения, и стала для меня единой в двух мирах. Я не придавал этому значения, ведь я и там и тут выгляжу примерно одинаково…
— Именно, что примерно! А твоя рука? Если она полностью копирует то, что находится в рельности… Даже у сноходцев облик не является точной копией реального их отражения! Ни один предмет одежды, ни одна часть тела — везде есть нюансы и отличия.
— Я не сравнивал, — буркнул я в ответ. Вот откуда я могу знать эти тонкости? В библиотеке Круга я о сноходцах находил лишь упоминания, и утверждения, что это всё легенды и не более. А трактат «О взаимодействии разума и Тени» такая унылая галиматья, что даже я со своей усидчивостью не осилил больше половины тома, вернув его на полку через две недели после взятия. И ни единого слова, кроме названия сего труда, в голове у меня так и не отложилось. — А ты откуда это знаешь?
— Как? В Круге нет трактата «О взаимодействии разума и Тени»?
— Это же нудная хрень!
— Ничего не хрень! Полезное и интересное чтиво. Глава сороковая как раз подробно описывает разницу облика великого Триониса с его отражением в Тени, записанное со слов его ближайшего друга и коллеги…
Я застонал. Только фаната местной версии «Войны и мира» мне и не хватало… Авернус продолжал нудеть всё то время, что мы топали к выходу. Слушать его было тяжело, хотя Китти, потребовавшая её пустить послушать, что-то старательно себе конспектировала. Решив потом потребовать от демона её записи, я слегка расслабился. Ненадолго, правда. Стоило только выйти на окутанный сумерками двор, как моё внимание привлекли отблески костра из караульной башни. Поскольку всё местное население боялось этого места, вывод был только один… И он мне не нравился. И, конечно же, никто кроме отряда сэра Перта тут расположиться не мог. Весьма потрёпанного, надо признать: броня во вмятинах и частично пробита, из всего десятка не раненными были только всё тот же Леви, сейчас бледный и трясущийся и сэр Перт, явно не последний воин в войске Эамона. Хотя и он выглядел помятым. Меня заметили только тогда, когда я зашёл в караулку, затягивая ремни на своей перчатке.