— Анора?
— Королева… Я королева Анора, — очень тихий шёпот, но, к моему удивлению, сломать её пока не смогли… Окончательно. Определённо, с ней не всё в порядке.
— Уже нет. Королевы не валяются по всяким подвалам в объятиях всякого мусора.
— Когда мой отец узнает…
— Твой отец сам приблизил к себе этот мусор. И это твой отец убил твоего мужа.
— Ты… Кто ты?
— Меня зовут Дайлен, я Серый Страж. Номинальный командор Ордена в Ферелдене. Знакомое имя?
— Он говорил о тебе…
— И много ли он рассказал обо мне и том дне, когда он собственноручно убил короля Ферелдена?
— Он не убивал Кайлана…
— Да, всего-то оставил его на растерзание порождений тьмы. Знаешь, я даже видел последние минуты твоего мужа. Хочешь, расскажу? — Я присел на корточки возле изголовья, заглядывая в глаза Аноре. В чём удобство зафиксированной женщины — не только в предварительных ласках не нуждается, но и отбиться от твоего внимания не может. Анора мой взгляд не выдержала и попыталась отвернуться, но у меня были достаточно сильные руки, чтобы не дать ей это сделать. Неприятно, конечно, так поступать с изнасилованной дамочкой, но мне надо доломать её сейчас: новые претенденты на трон мне не нужны. — Была ночь. Тёмная, промозглая, ночь. Не было видно звёзд за тучами накатившего Мора, но было светло от расцветающих тут и там шаров огненных взрывов. Я с Алистером стоял на крыше башни Ишала, отбиваясь от полчищ порождений тьмы, прямо возле разгорающегося костра — знака для атаки из засады. Башня, знаешь ли, мало того, что сама по себе была довольно высокой, ещё и на возвышении стояла. С её крыши открывался отличный вид на иссякающее море порождений тьмы… И на разворачивающиеся полки твоего папаши, который стоял на пригорке и смотрел, как маг короля падает рассечённый надвое. Я видел, как падали Серые Стражи, один за другим, своими телами защищая Кайлана. Видел, как его личная охрана старается оттеснить тварей, создать королю и Дункану коридор, ведущий к отступлению. Видел, как остатки армии Кайлана стараются пробиться к нему, чтобы вывести короля из окружения. Но я видел и то, что всё больше людей, замечая горящий огонь и отсутствие подкреплений, начинают разворачиваться и бежать. Они бежали, бежали роняя мечи, срывая и отбрасывая доспехи, чтобы бежать могли быстрее. Едва ли десятая часть войска смогла вырваться из этой мясорубки. А стоило только твоему папаше засунуть свою гордость подальше и принять тот факт, что ты не можешь подарить наследника королю Ферелдена… Хотя, как я вижу, твой папаша просто недостаточно внимательно искал решение твоей проблемы.
— Фто… Фто ты фочешь этим фказать?
— Прошу прощения, — я разжал пальцы, отпуская голову Аноры. — Есть один момент, приятный или нет — в тебе нынче зреет новая жизнь.
— Что? Нет… Нет, нет, нет! Нет-нет-нет-нет! — Анора снова задёргалась в путах, то ли стремясь выбраться, то ли пытаясь добраться до живота и расковырять его. Я по-прежнему не освобождал её от верёвок. — Нет! Я не хочу. Не так! Нет…
— Да уж, у ребёнка не самая достойная кровь: кровь не одного, а сразу двух предателей.
— Убери… Убей его… Убей меня, — девушка совсем уже поплыла, из глаз её катились слёзы.
— Ага. Щаз. И на кой я тебя тогда спасал?
— Тогда… Тогда!
— Ты ведь хотела ребёнка, да? Вот, свершилось. Создатель услышал твои мольбы.
— Я… Я хотела ребёнка от Кайлана…
— И он хотел от тебя детей, — я не смягчал. — Но знаешь, он умер. Умер на поле боя под Остагаром, преданный твоим отцом. А Создатель, если уж услышал мольбы, свой дар не заберёт.
— Это не дар Создателя, — тихо всхлипнула Анора. — Несколько дней назад ко мне пришёл Хоу и привёл трёх магов…
— Можешь не продолжать, — шестерёнки в моей голове закрутились, и я стал чуть меньше ненавидеть Логэйна и чуть больше — Хоу. Зачем Логэйну продавать эльфов? У него под рукой казна всего государства. Да, прохудившаяся, но продажа всех эльфов Денерима этот факт не исправит. Даже на 1% казну не заполнит. Для Логэйна это только лишняя морока. А вот Хоу… Это ведь Хоу любит нанимать сомнительных личностей ради решения сомнительных дел. Три мага из Тевинтера не сделают ничего полезного для армии Логэйна, а вот Хоу с их помощью свои дела может провернуть. — Они излечили тебя от бесплодия.
— Не знаю. Они водили надо мной руками, переговаривались о чём-то на своём тевинтерском, а затем вышли.
— И королева Ферелдена не знает тевинтерского?
— В нём несколько разных наречий, а речь у них иногда невнятная, отчего сложно уловить отдельные слова. Я уловила лишь несколько отдельных фраз, которые не поняла. Они говорили о какой-то интересной магии, которая может помочь, но для этого потребуются жертвы, которых тут в избытке. Что-то о нерождённых…