— И что изменилось?
— Не знаю. Ты мне скажи.
— Я никаких изменений не ощутил. Может, ты сам попробуешь понять?
Алистер протянул меч мне, рукоятью вперёд, но в его руку вцепились крепкие гномьи пальцы и настойчивый голос упрямо повторил:
— Колдовство!
— Знаешь, Алистер, — наблюдая эту картину, задумчиво протянул я, — не стану я касаться этого меча. И советую вообще никому его не давать. Неспроста Сэндал так настойчиво уговаривает его не трогать…
— Колдовство! — Не уверен я, что это была за эмоция, но то, что мои слова подтвердили — вне всякого сомнения.
Забрав у Каллиан мешок со своей бронёй, я удалился на несколько десятков шагов в лес, дабы переодеться без лишних глаз. Стянув с себя остатки одежды, ставшие тряпьём, не забыть бы отдать их Алистеру, я ещё раз огляделся и, убедившись, что никого рядом нет, отцепил от руки протез. Ну, что я могу сказать, мне не показалось, но легче от этого не стало. Дюран отсёк мне руку чуть ниже локтя когда-то, но после ритуала Посвящения и моего изменения в Тени случилось кое-что новенькое: рука, спустя столько лет, начала регенерировать. Наросло едва ли миллиметров пять плоти, но я, уже хорошо изучивший, где начинается или где заканчивается рука, тут как посмотреть, эту разницу увидел моментально. Оставался вопрос: а какого, спрашивается, хрена она начала восстанавливаться только сейчас и сама? Только не говорите, что это действие Скверны. Я задумчиво стал натягивать на себя снаряжение. Времени на изучение этого открытия сейчас нет, но я знаю, куда нам надо отправиться, чтобы получить небольшую передышку и время на изучение. Редклиф. Когда мы вытащим Эамона из его полумёртвого состояния, замок станет весьма надёжной опорой для нашей группы. Да и в целом позиции пока несуществующей оппозиции станут довольно твёрдыми. Уже с поддержкой Эамона и, возможно, Кусландов, если они добрались до его замка и находятся в полном здравии, можно будет давить и на Круг, и на Логэйна. И даже на подгорное племя. В общем и целом, Редклиф, пожалуй, лучшее место для старта. Полностью облачившись, я повернулся и наткнулся на взгляд изумрудных глаз, выглядывающих из-за дерева. Ну, Лелиана, ну ёп твою мать!
*То же время. Денерим. Дворец короля.*
Спешно собранные эрлы и банны шёпотом переговаривались в приёмном зале. Весть о поражении при Остагаре и смерти короля Кайлана облетела Ферелден с такой скоростью, с которой, порой, не летают и птицы. Как это удаётся слухам — никто и никогда не мог узнать. Магия, не иначе. Да, прибыли ещё не все — отсутствовали тэйрн Кусланд и эрл Эамон, банны дальних земель так же не успевали на собрание, но собравший их самопровозглашенный регент при королеве Аноре, тэйрн Логэйн, ждать никого не собирался. Отдельной группой ото всех стояли банны, что лично присутствовали при Остагаре. Большая часть из них была подавлена, но некоторые, включая банна Тегана Геррина, брата эрла Эамона, просто полыхали злобой, огрызаясь почти на каждое высказывание. Но всех прибывших из-под Остагара объединяло одно — они не стремились разговаривать. Все люди, собравшиеся в замке, ждали выступления тэйрна Логэйна, а он, нынче, заставлял себя ждать. И это тоже было странно. Наконец, двери парадных залов распахнулись, и из них вышла королева Анора. Хотя, по мнению многих, это звание за ней не могло закрепиться надолго — она так и не дала трону наследника, а теперь, со смертью Кайлана, династия Тейринов угасла. И теперь кому-то иному придётся взойти на трон. Хотя, никто не сомневался в том, что это будет Логэйн… На какое-то время. А вот что произойдёт после его смерти…
Следом за Анорой шёл и сам Логэйн. На его лице было вечное недовольное выражение, которое менялось только в те моменты, когда он расчёсывал пышную гриву своей дочери. Видели это немногие, и только лишь самые близкие, но слышали об этом почти все. Анора подошла к тронам, но садиться на свой не стала. Вместо этого она встала подле трона Кайлана, положив на него руку, а сам Логэйн спустился на пару ступеней ниже трона, обращаясь к собранию Земель:
— Лорды и леди, все вы, кто откликнулся на мой зов в это сложное для Ферелдена время. Мы все скорбим о скоропостижно покинувшем нас короле Кайлане, который ринулся в бой, не убедившись в надёжности тылов. Вместе с ним пали многие славные сыны и дщери моего любимого Ферелдена, но орду порождений тьмы это не остановило — лишь ненадолго задержало. И у нас нет времени предаваться горю, в эти суровые времена. Армия понесла серьёзные потери, но земли Ферелдена велики, и я рассчитываю, что каждый из вас найдёт нам людей. Мы должны восстановить потерянное при Остагаре, и как можно быстрее. Многие готовы сыграть на нашей слабости, позволь мы им это. Мы должны отразить нашествие порождений тьмы, а затем быть готовыми к вторжению Орлея!