Из толпы раздался злой рык:
— Милорд, разрешите!
К ступеням, что вели на вершину королевского помоста, протолкался банн Теган. Логэйн лишь скрипнул зубами. Среди всех баннов, что прибыли под Остагар, этого банна тэйрн опасался больше всего. Не из-за его риторики, земель или военной мощи, вовсе нет. Просто братец Эамона имел большое влияние на Кайлана, самого Эамона, а так же на его родную дочь — Анору. А ещё он громче всех оспаривал приказы Логэйна, призывая вернуться на поле боя и вступить в схватку с порождениями тьмы. И он был до ужаса разумен… Или труслив — не сумев переубедить главнокомандующего, он остался в войске, заставляя своими речами сомневаться прочих. А убивать его было нельзя, даже случайно, даже ядом — после такого его, Логэйна, авторитет, мог сильно упасть в глазах прочих. Нет, победить его надо было словом и делом, а не ядом или кинжалом…
— Банн Теган?
— Вы объявили себя регентом при королеве Аноре и утверждаете, что мы должны собрать силы ради блага нас и нашей страны. Но что на счёт армии, потерянной при Остагаре? Её вы оставили тоже ради нашего блага? Ваш приказ отвести войска был… Неожиданным!
По залу прокатился ропот голосов, недовольных, удивлённых, возмущённых, а Логэйн с трудом подавил гримасу на лице. Вот и началось то, чего он не хотел бы…
— Всё, что я совершил — я сделал ради независимости Ферелдена. Я всегда верно служил трону этой страны, и вам стоило бы поступать так же!
Увы, но сам Логэйн никогда не отличался особым красноречием. У его старого друга, Мэрика, выходило это намного лучше, а Логэйн, произнеся последнее слово, по лицу Тегана и ближайших стоявших подле него баннов понял, что его красноречие опять его подвело. Лицо Тегана налилось кровью, а сам он прорычал:
— Банны не станут вам кланяться только лишь потому, что вы этого требуете! Королём Мэриком за нами было закреплено наше право…
Логэйн, не слушая дальнейшее пустое рассуждение, перебил Тегана:
— Я никому не позволю нарушать безопасность Ферелдена! Тем более в военное время. Ни вам, — палец Логэйна указал на возмущённого Тегана, — ни кому либо ещё. Войска должны начать сбор сегодня же!
В зале начала подниматься волна ропота, но Логэйн больше не стал слушать напыщенных индюков, и развернулся, поднимаясь по ступеням и покидая зал приёмов.
— Ублюдок!
Банн Теган, в раздражении сплюнул на пол. О да, он не был придворным банном, потому, порой, отступал от этикета, вот как сейчас, например. Развернувшись, чтобы уйти, он услышал голос Аноры:
— Банн Теган, постойте. Поднимитесь ко мне.
Просьбу вдовы короля Теган выполнил. Он помнил Анору ещё совсем маленькой девчушкой, как и Кайлана. Тогда он и сам был довольно юным сопляком, но, с годами, он не только сдружился с молодыми людьми — будущим королём и королевой, но и стал им кем-то вроде наставника. По крайней мере, они его уважали не меньше, чем его брата, Эамона.
— Миледи?
— Банн Теган, я понимаю, слова моего отца могут казаться грубыми, но он переживает за безопасность Ферелдена. И переживает смерть Кайлана…
— Миледи, — Теган зло усмехнулся, не скрывая эмоции. За смерть Кайлана, как же. — Ваш отец переживает не за смерть бедолаги Кайлана. Я сказал бы, что его беспокоит больше трон и полученная им власть!
— Теган! Как вы…
— Анора, он рискует развязать гражданскую войну! И я сейчас не про его регентство и взятую на себя власть! Банны не потерпят такого к себе отношения! И если бы только Эамон был здесь…
Анора несколько секунд колебалась, не зная, кого ей поддержать — Тегана, или своего отца. Она понимала, что Теган прав, прав намного больше, чем сам Логэйн, но она не могла оставить без поддержки того, кто был ей дороже всех прочих ныне живущих. Отведя взор, она произнесла:
— Мой отец поступает так, как должно!
Брошенные Теганом слова показались ей стуком молотка по крышке гроба:
— Как должно? А, хотя бы, сделал ли он всё, что должно, дабы спасти вашего супруга⁈
С этими словами Теган отвернулся от вдовствующей королевы и направился на выход. Ему стоило как можно скорее прибыть в Редклиф. Только его брат мог остановить зарождающееся безумие внутренней войны. А отсутствие Эамона было не просто непонятным — оно было странным и подозрительным. От него давно не было вестей, и Тегану предстояло разобраться, что случилось с его братом.
Глава 8
*Окрестности деревни Лотеринг. Через два дня после ухода Стражей.*