Дальше пошла протяжка под водой, и тут вылезли свои тонкости. Если тянуть слишком резво, разогретый воск на входе в корыто отзывается натуральным шипением, будто я не кабель произвожу, а раскаленный металлический прут. Пришлось подобрать темп, при котором вода молчит, а покрытие успевает схватиться.
Вторая тонкость чуть обиднее, корыто теряет воду. Отверстия-то в торце расположены ниже уровня, иначе никак, кабель обязан идти под водой, и через них потихоньку сочится. Те, что покрупнее и пока не в работе, я заткнул чопиками, а вот рабочее не заткнешь, через него идет нить, и оно капает себе и капает. Ладно, ведро воды раз в час не самая страшная плата за прогресс, доливать буду.
После корыта кабель уходит сразу на бочку. Зафиксировал конец под обруч, взялся за край и давай крутить, бочка тянула нить через всю линию сама, ровно и без рывков, ради чего всё и затевалось.
Крутил, подливал воду, подсыпал стружку в лоток, и к моменту, когда катушка опустела, на бочке лежал ровный моток метров в двадцать. Закрепил хвост, выждал, пока оболочка окончательно встанет, а затем одним легким движением снял с бочки целую бухту готового кабеля. Вот же оно, счастье инженера, подержал в руках и чуть слезу не пустил. Короткая проверка через горн, импульс пробежал без потерь, поглотитель засветился ровно, и можно приниматься за следующий.
Со следующими, впрочем, обнаружилась засада, о которой я догадывался, но старательно о ней не думал. С четырехжильным и двадцатижильным картина в целом понятная, та же протяжка, только отверстие пошире, но перед протяжкой надо готовить жгут.
То есть взять четыре мотка нити и легонько скрутить их между собой. Причем не так, как делают у пряхи, там крутка плотная, виток к витку, а лишнее удлинение пути Основы мне ни к чему, каждый оборот накручивает дорогу.
Скручивал ровно настолько, чтобы жгут не разлезался в расплаве, оборотов по пять на метр, и вот этим неспешным и на редкость тупым занятием я и провозился почти до темноты. Руки мотают, в голове фанера, и только мыловары изредка выдергивали меня вопросами, мол, что дальше, куда складывать готовое, накрывать ли котел. Тетка, к ее чести, спрашивала один раз и запоминала намертво, пацан переспрашивал дважды и всё равно делал по-своему.
По итогу к вечеру у меня набралось двадцать метров одножильного и полсотни четырехжильного, а за толстый кабель я так и не взялся, время кончилось раньше энтузиазма. На том и принял решение остановиться, магистраль на двадцать жил подождет до завтра, жгут для нее дело долгое, и начинать его в сумерках себе дороже.
Собрал всё самое ценное, а это лоток, готовый кабель, несколько ведер мыльного ядра и воск, и перетаскал на склад ценностей. Там стражники стоят круглые сутки, всяко надежнее, чем у меня дома под соломой. Плюс, склад расположился почти на юге, довольно близко к участку и все эти тяжести не придется нести в свою хибару.
Сгрузил всё в пару ходок, коротко переговорил со стражниками, которые оказались против того, чтобы я пользовался их услугами. Но кто будет спрашивать этих бедолаг? Буркнул, мол, идите к Гундару, у него спрашивайте, можно ли впускать меня или нет. Последним приказом было «впускать», а переспрашивать никто не захотел.
Дорога до дома как раз через центр деревни, а там уже грех не взглянуть на дом старосты, точнее на карту ресурсов, что висит на стене. Изначально меня интересуют места добычи орехов для жира, плюс может еще какие-то цветочные или пахучие деревья.
Хотелось просто уточнить, где растет орех кузнеца, и прикинуть маршрут будущей экспедиции, а заодно посмотреть, что там Герда успела дорисовать за последние недели. Успела она, как выяснилось, немало. Водил пальцем по значкам, вспоминал, где бывал сам и что видел, и часть отметок складывалась в понятную картину.
Ветка хвои в капельках, вот это читается легко, плакучая ель, смолу которой я щупал своими руками, и таких значков на карте минимум два, один точно на том пологом склоне, куда меня водил Вельт, а второй восточнее, туда я пока не добирался. Помню еще мелкую рощицу по пути туда, но ее, видимо, не посчитали достаточно ценной.
Кулаки на ручьях знакомы еще с прошлого раза, орех нашелся тоже, Герда изобразила его кружком с трещиной, и от деревни до него, если верить масштабу, полдня ходу. Часть других значков расшифровывалась со скрипом, часть не расшифровывалась вовсе, и один из нерасшифрованных зацепил всерьез.