Сидел на корточках, вертел пластинки в руках и понимал, что радость радостью, а технологию доводить и доводить. Смолы вчера ушло безбожно много, лил на глазок и не жалел, прогрев вышел неровным, ближний к углям край пропекся и смола вспенилась, дальний едва схватился, и кромки у обоих пакетов слоятся, поддень ногтем и отходит лепесток.
Значит, нужна нормальная пресс-плита вместо камней и внятная дозировка смолы хотя бы мерным черпачком. А еще предстоит сесть и посчитать, сколько луковиц уходит на метр рельса, иначе я до самой рощи буду возить смолу бочками и плакать над расходом.
Ну и самое неприятное — скорость. Вчерашняя схема, где я промазывал слои смолой прямо при сборке годится для образцов, а вот для производства нет. Каждый слой честнее пропитывать отдельно, окунул ленты в бочку с разогретой живицей и дал стечь лишнему, а пакет собирать уже из пропитанного.
Сам пресс придется греть, чтобы смола внутри оставалась текучей, пока не уляжется по порам, а дальше начинается засада, остужать конструкцию можно только под тем же прессом. Выпусти рельс горячим, и он распушится обратно, слои вспомнят свободу, и толку от такого материала ноль, разве что на растопку. Получается, пресс занят от закладки до полного остывания, а это часы, и по самой доброй прикидке выходит два рельса в день, что звучит откровенно грустно. Оценка тут трезвая, материал добудем, производства нет, а между этими двумя точками обычно лежат дни и недели матерной работы.
Можно, конечно, зажимать горячий пакет струбцинами и утаскивать остывать под навес, освобождая пресс под следующую закладку, только струбцин у меня нет, и Дагна их не за день скует. А можно менять сам состав, и мысль об этом появилась в ту минуту, когда я мельком глянул в сторону пруда.
Там мужики с утра пораньше издевались над волосянкой. Закидывали рыбу на нити и играли в перетяни рыбешку, побеждала каждый раз волосянка, но мужиков это только радовало, брали следующую рыбину и с интересом смотрели, как зверушка будет ее ловить.
Так вот, возвращаясь к интересной мысли. А что, если в бочку смолы капнуть волосяночного клея? Ну а что, взять тот же каучук, сам по себе липкая унылая масса, но добавь щепотку серы и прогрей, и он на глазах превращается в упругую резину, которой уже никакая жара не страшна.
Клей волосянки в этой затее пойдет не основой, а катализатором, глядишь, поменяет саму кристаллическую решетку канифоли, или через Основу как-нибудь повлияет, механизм мне знать необязательно, мне нужен результат. Прецедент, между прочим, имеется, пара цветков с Больдова дерева пропитала Основой целое ведро жира, сам цветок попахивал скромно, а ведро после него благоухало на весь участок, и старый запах выветрился подчистую.
Ну всё, решено, нужны новые эксперименты, вариантов попросту нет. Напоследок я зачем-то поднес пластинку к носу, принюхался и даже попробовал на зуб. Едкий луковый дух сидел в композите намертво, а зуб честно доложил, что грызть тут нечего. Вычеркиваем, солдатские сухари из этого делать не будем.
Ладно, посидели, подумали, пойдем дальше. Лукового дерева в наличии всё равно нет, Эдвинов пучок я извел почти целиком, да и волосянок под клей еще добыть надо, причем непонятно сколько, так что эксперименты подождут сырья. А вот мыло ждать не будет.
Тетка перехватила меня на подходе к навесу, и на этот раз увернуться не вышло.
— Насчет жира, — начала она с того же места. — Дно у запасов видно. На эту лепку хватит, а дальше из чего варить прикажешь? Я вот отдыхать не планировала, например.
— Дальше разберемся, — вздохнул я, пока еще не представляя как с этим разбираться на самом деле. — Но если выходные будут вынужденными, то всё оплачивается в полном размере.
Такие новости к моему удивлению тётку не порадовали, и она всем своим видом показала, что на выходных ей заниматься не чем, лучше уж обеспечить все-таки сырьем и работой. Ну а я что сделаю? Идти охотиться на жирных животных? Так у нас мяса предостаточно, как-то обидно переводить ресурсы леса впустую. Но если что разберемся, в этом уверен. В крайнем случае пойду и старосту попрошу, вдруг он знает где прячутся резервные запасы?
Так вот, даже с учетом дефицита и необкатанной технологии производства, наварили мы за эти дни несколько ядер, отчистили каждое насколько возможно, и сырья вышло где-то на сто тридцать кусков. Это если лепить прежние, грамм по сто десять, по сто двадцать, но прежних больше не будет.