Спустился к лазу и наткнулся на первую странность. У выхода ровным строем стояли медовые кубики, а рядом лежал еще один крупный кусок воска, выплавленный в форме корзинки без ручки, хоть сейчас с ней по грибы. Что за бред? Кубики понятно, оплата, но тару я вроде не заказывал.
Зашел внутрь, огляделся, и странность номер два отыскалась сама. Возле королевы, чуть особняком, стояла пчела, каких я здесь прежде не видел. Светлый матовый панцирь на вид еще толком не затвердел, размерами она уступала пчеловоину раза в полтора, и вот очертания… Очертаниями эта кроха до дрожи напоминала саму королеву, только уменьшенную.
Королева повела лапой и легонько подпихнула мелкую вперед. Та переступила на месте, нехотя прошагала через зал и остановилась напротив меня.
— Вы мне пчелу дарите? — опешил я. — Так у меня уже ес… хотя, стоп…
Светлый несформированный панцирь и знакомые очертания сложились наконец воедино, и мысленно я заорал так, что распугал бы весь рой, будь этот крик настоящим. Это же матка! Маленькая, еще не дозревшая, но матка!
А следом за озарением подтянулась и простая железная логика улья. Осиный налет наглядно показал рою, что один улей это одна корзина, и все яйца до единого лежат именно в ней. Дочерний рой за частоколом, под защитой людей и рун — это уже страховка целого рода, а роение для пчел и вовсе природа, они так испокон веков живут. Человек с меткой для них свой, а деревня для роя союзная территория. Так что никакой это не подарок и уж точно не плата за ремонт, это эвакуация части рода в надежное место, и торга здесь нет, скорее доверие.
Снаружи я, хочется верить, держал каменное лицо степенного мастера, солидно кивал и оглаживал подбородок. Внутри же все пело и грохотало разом. Свой воск, причем не разовой подачкой, а насовсем, а ведь изоляция кабеля и есть главная цель всего похода! Свой мед, который восстанавливает практикам Основу!
А потом накатила паника, и вопросы посыпались горохом. Куда ее селить и чем кормить зимой? Что скажет староста, когда я въеду в ворота с королевой, пусть и маленькой? И как, самое главное, объяснить это Кейну? Мелькнула, между делом, мысль про столб силы, Основы там хоть залейся, и охрана не понадобится, но додумывать ее я оставил на обратную дорогу, забот хватало и без того.
Это, конечно, все хорошо. Но ремонт все равно надо закончить, а потом еще как-то объяснить Кейну, что мы тут задержимся на пару дней…
Глава 13
Восковой кубик вышел грамм на сто пятьдесят-двести, то есть примерно с кружку, и верхнюю грань я срезал у него ровно, как крышку. Очекь удобная консервная банка, кстати, нож входил в воск легко и без усилия. Пчелы, надо отдать им должное, спаяли тару с умом, внутри плескался мед и не думал вытекать, хоть кубик на бок клади, хоть кверху дном. Сидел я на перевернутом ведерке, которым мы позже собирались спускать добычу со скалы, и дорисовывал Кейну свой нехитрый план.
— Вот, собственно, как-то так, — подытожил я и поддел крышечку ножом. — Но это очень надо.
— Да в целом-то пожалуйста, — Кейн пожал плечами так легко, что я не сразу поверил. — А дай еще, а?
Он протянул руку, и вскрытый кубик я отдал без всякого сожаления, а охотник тут же запустил в мед ложку и принялся уплетать за обе щеки.
А ведь удивительно вышло, я-то был уверен, что как раз Кейн и станет главной преградой к тому, чтобы задержаться здесь на пару дней, а он взял да согласился, даже уговаривать толком не пришлось. По дороге от улья я прикидывал, что одним медом для подкупа не обойтись, и придется пускать в ход медовуху. Спаивать охотника, чтобы он двое суток проспал и не путался под ногами — дело, конечно, насквозь нецелевое, но на войне с осами хороши все средства, не одни только дихлофосы.
— А они же еще меда дадут? — Кейн поскреб ложкой по стенке.
— Наверное… Честно, не знаю, — королева на этот счет действительно ничего мне не говорила. Хотя, может, и говорила, а я не понял. Вообще странно, что они меня хоть как-то понимают, но и это не наверняка, пчелы ведь откликаются только на мои поступки, а в остальном щелкают жвалами да наклоняют голову туда-сюда. Переводчика бы сюда, цены бы ему не было.
Тут на самом деле напрашивается мыслишка, что подарили мне вроде как малую матку, а отдавать не спешат. Презентовали, начали выносить из улья пожитки, мед упаковали удобно для переноски, и весь сбор идет прямо сейчас, пока мы сидим внизу и уминаем ее же приданое. Впрочем, на наши расходы я отложил всего пять кубиков, чтобы и мужиков порадовать, пусть съедят по ложке, больше им все равно нельзя, иначе Основа из ушей закапает, а остаток пусть достается Кейну, сладкое он любит, да и кекс его мы, если по совести, тоже приговорили.
Стало быть, принцессу мне показали, но пока придержали у себя. Сидит теперь в главном зале, ждет, а вокруг помаленьку собираются те, кого отправят вместе с ней, и складывают поклажу для похода и переселения. Корзина, выходит, тоже для нее, не пешком же наследнице добираться, а кубики с медом, чтобы на новом месте было чем перекусить поначалу. Хотя зима на носу, так что, может, это и вовсе запасы на зимовку, поди у них разбери.
— А, кстати! — я хлопнул себя по лбу, но Кейн и бровью не повел, знай себе черпал ложкой.
— М? — отозвался он только спустя несколько секунд.
— Забыл сказать, надо одну телегу освободить целиком.
— Так освободи, — ложка заскребла по восковому дну. — А зачем, кстати?
— Да вот, отписали нам маааленький такой подарочек, — я развел ладони на пару миллихоргов. — Маленький рой пчел, с маткой, строителями и прочим хозяйством, — обронил я как бы между делом, но ложка царапать дно перестала. Действительно ведь забыл об этом сообщить, всё как-то о другом общались.
— В смысле? — Кейн замер.
— Ну вот так. Но сразу говорю, если ты вздумаешь возражать, то…
— Да в смысле возражать⁈ — он чуть не подскочил. — Это такие же особые пчелы, как здесь? Ты хоть понимаешь, что их никто не разводит! А знаешь почему?
— Понимаю, конечно, опасные они, — я кивнул. — Но ты не кипятись, селить их будем не в самой деревне, а чуть поодаль… — про то, что это «поодаль» отмерено шагов на сто от главных ворот, я благоразумно промолчал. — Ну и если что, договоримся, чтобы своих не жалили.
— Да срать на своих, пусть жалят, это не смертельно! — Кейн замотал головой. — Не разводят их не за это! Они сами не плодятся и с людьми не селятся, только если королева прикажет, а она умная тварь, такого приказывать не станет!
— А, ну эта как раз приказала, — я даже удивился. — Сама предложила, я и не просил вовсе, так, обмолвился, что неплохо бы переселиться… — Кейн уставился на меня квадратными глазами, и я на всякий случай выдержал паузу. — Так ты не против?
— Конечно нет! — кубик едва не выпал у него из рук. — Это ж сколько кексов я теперь напеку… И Вельта в баню пускать не придется!
— А баранов пустишь? — не удержался я.
Ответа на это не последовало, а по лицу Кейна ясно читалось, что послать меня подальше ему хочется до скрипа в зубах и зуда в руках, вот только нельзя, медок-то тоже нужен.
В общем, доволен я остался не зря, Кейн задержаться согласился, да и сам загорелся, а значит, можно браться за оборону. Пчелы тем временем гостинцы всё несли и несли, вон какая горка выросла у выхода из улья, пока мы точили лясы.
Первым делом я наладил доставку от улья к телегам, разом такую гору вниз не спустишь, скала-то отвесная. Забрался наверх, вбил в трещину между камнями жердь, перекинул через нее веревку и закрепил, а дальше проще некуда, ведро уходит вверх пустым, наверху его загружают, на веревке спускают, а внизу перекладывают на телеги. Устроил все так, чтобы и самим пчелам ехать было удобно, корзину с принцессой решили поставить поверх остальной поклажи.