Потом пришла очередь Кейна, тот церемониться не стал и попросту зажал спящему нос. Подействовало отменно, Больд подскочил, объявил, что и не думал спать, выслушал план по второму разу, покивал во всех нужных местах и даже задал вопрос по делу. Мы решили, что этого достаточно, и, как вскоре выяснилось, поторопились.
Теперь мы сидели на краю прогалины втроем и наблюдали, как гнилоход управляется с ванной.
Зрелище каждого из нас держало на свой лад, мне хотелось смотреть и записывать, Кейну, судя по лицу, хотелось оказаться отсюда подальше, а Больд боролся со сном и проигрывал. Голова у него медленно клонилась к груди, вздергивалась и тут же начинала клониться опять, ходячий дуб со щупальцами волновал здоровяка не больше обычного пня, было бы ради чего просыпаться. Стало даже слегка обидно, я с этим деревом полночи воевал, рубахой пожертвовал, а единственному свежему зрителю, значит, по барабану.
— Ну так что в итоге-то? — Кейн оторвался от созерцания и развернулся ко мне. — Действуем по твоему новому идиотскому плану?
— Да почему сразу идиотскому? — возмутился я. — Сработает же. Я своими глазами видел, у Эдвина сработало, значит, и у нас все пойдет как по маслу.
— Как по дерьму у нас всё пойдет, — Кейн махнул на меня рукой и завис на пару секунд, причем буквально, ладонь так и осталась в воздухе, не закончив отмашки. Похоже, охотник прислушался к собственным словам и понял, что накаркал.
— Хорошо, если так, — спорить я не стал и повернулся к Больду. — Ну так что? Всё зависит от тебя.
— А? Что? — хрюкнул здоровяк.
Пока мы препирались, он ухитрился заснуть сидя, с прямой спиной, хоть сейчас в караул ставь. Умение по-своему выдающееся, вот только применил его Больд не вовремя.
— Да, конечно, сделаю, — заверил он, поморгал и на всякий случай уточнил: — А что сделать-то надо?
— Так мы тебе два раза уже объяснили! — Кейн схватился за голову.
— А, ну да, конечно… — Больд виновато потупился и поскреб пятерней в затылке. — Но я проспал. Пень расколоть?
Предложение шло от души, тем более пень поблизости имелся всего один, зато какой.
— Не-не, нам гнилоход живым нужен, — замотал я головой. — Мы тебя просили сходить в гости к твоим друзьям и принести побольше… ну, ты понял. Приманки для вот этого вот, — я кивнул в сторону дуба.
— А вдруг тут друзей мало? — вздохнул Больд. — Они же только когда радуются так делают. А бывают злые, сразу нападают. Нет, я-то только рад, когда так, но здесь меня не знают, все нападать будут…
— Ну ты уж как-нибудь вежливо с ними, не знаю, — пожал я плечами и почти сразу об этом пожалел, воображение подкинуло картинку, в которой Больд добывает приманку, используя медведей в качестве тюбиков. Я встряхнул головой, прогоняя это художество, но медведи в нем вышли на редкость выразительными и уходить не спешили.
— Хорошо, попробую! — обрадовался здоровяк, вскочил так, что качнуло нас обоих, и уже на ходу обернулся: — Я мигом! И это… а куда складывать?
Вопрос был правильный, и я прикинул, чего такого есть у нас в лагере, во что подобное вообще можно собирать. В клетку такое не насыплешь, мешок протечь может. Про воск даже речи не идет, лепить из него тару под медвежьи гостинцы кощунство чистой воды, есть же в мире вещи, на которые рука не поднимется. Взгляд сам собой зацепился за ванну, которую гнилоход все еще доводил до блеска. Больд проследил за моим взглядом и просиял.
— Отлично! — в один прыжок он оказался у дуба и рывком забрал посудину у бедного червячка, и был таков.
Одно щупальце все же попыталось обхватить уходящего поперек туловища, но Больд захвата даже не заметил и шага не сбавил. Жгут натянулся, мелко задрожал и разжался сам, еще немного, и оторвался бы, а в утешение ему осталась Больдова рубаха, вернее, большая ее часть. Счет гнилоходов к нашему гардеробу вырос до трех, о чем владелец третьей рубахи пока не догадывался.
Гнилоход, надо полагать, расстроился, но в погоню не двинулся, повозил щупальцами по примятой траве, собрал вытряхнутое и вернулся к недоеденной коре. Тяжелые шаги грохотали уже далеко, и оставалось верить, что наберет Больд с запасом, аппетиты у нашего гостя нешуточные.
— Обоз снимать надо, — подал голос Кейн. — Если я твой план правильно понял, сзади за этой тушей телегам идти нельзя, отвлекаться на них будет.
Мысль здравая, громадину к телегам с Принцессой лучше и близко не подпускать, а проверку на любовь к воску отложим до лучших времен.