Глаза после ночевки на камнях открываться отказывались, так что расковырял я их не с первой попытки, зато потом бодро выполз из укрытия и прилег рядом с Кейном. Так и валялись, пока солнце не встало окончательно и не проснулись все осы до последней.
У скалы стало куда оживленнее, полосатые занялись делами, летали по округе и таскали в гнездо всякое добро, Кейн срисовывал на кору маршруты и делал одному ему понятные пометки, ну а я разглядывал гору под новым ракурсом и подмечал дополнительные уязвимые места, а заодно и самые прочные, к которым стоит присмотреться отдельно.
Вон та стена, к примеру, держит на себе многое, а трещин в ней не наблюдается, и это проблема. И вот еще вопрос, так же ли она цела, если углубиться в туннели, или изнутри ее давно источили. Отсюда не разглядишь, надо подходить ближе и смотреть по месту, иначе какой-нибудь один выход останется целым, и кто-то шустрый уцелеет, пока все вокруг рушится.
Провалялись мы так, пока солнце не добралось и до нас. Дождались, когда очередная эскадра пройдет над головами, и только тогда начали собираться. Спустились в расщелину и двинулись по ней в обратную сторону, шли долго и молча, я-то понятно, у меня расчетов полная голова, а вот Кейн явно мучился и не выдержал первым.
— И все равно не понимаю, — выдохнул он. — Ну хорошо, трещины есть. Но что с ними делать? Палку сунешь в эту трещину, надавишь, и что, всё разъедется? Да не хватит сил, сколько Основы ни лей! Там же целая скала, хрен ты сдвинешь камень у подножья!
— Ой, да сдвину, — отмахнулся я.
— Вряд ли…
— А давай поспорим? Я подвину камень, растащу трещины, а ты… Дашь мне попользоваться баней сутки!
— Пф! Не, давай не так. — усмехнулся он, — Давай, если ты будешь долбить трещины и тебя в процессе сожрут осы, которых ты обязательно разбудишь, тогда после того, как переварят, я полученное отнесу Эдвину, и пусть он тобой кидается.
— А если не переварят и камень все же треснет, тогда баня на три дня, — протянул ему руку.
— Да не треснет, что за бред? — Кейн даже головой замотал, — Я же присмотрелся, трещины эти там уже давно, и ничего не рухнуло. Осы тоже не тупые, знают, где копать.
Я промолчал и продолжил тянуть руку.
— Хорошо, — он ответил на рукопожатие, — но если тебя придется вытаскивать, то ты мне должен… Не знаю… — тут он крепко задумался.
— Новую каменную баню, с бассейном и подачей воды, — кивнул ему. — Но если треснет, тогда извини, неделю твоей баней распоряжаюсь я.
— Три дня же было! — запротестовал он.
— Так ты думаешь, все-таки треснет? — прищурился я.
— Идет, неделя, — заключил Кейн.
Дальше зашагали заметно бодрее, каждый прикидывал, как распорядится выигрышем, хотя мне-то чего прикидывать, сам попарюсь разок, а остальные сеансы уже не для меня, Кейн это и сам должен понимать.
От гнезда к этому времени мы отошли прилично, так что я предложил пробежаться, время до вечера есть, а дел еще гора, и не одна. Кейн вопросов не задавал, судя по мечтательной физиономии, он уже наслаждался новой сауной и плескался в бассейне с горячей водой, возможно, где-то в его сознании вода эта даже булькала и пузырилась, не знаю, не заглядывал. Он просто пристроился следом и очнулся, только когда мы остановились посреди рощи бухляка, эту рощицу мы вчера пробегали насквозь, и тогда я сомневался, он это или не он, а теперь пригляделся, он самый.
— Вот этого добра нарвать надо, да побольше, — указал я на заросли.
— Так это ж бухляк. Ты что с ним делать собрался? — опешил охотник.
— Напихивать, — пожал я плечами и принялся рубить прутки.
Вопрос, сколько набирать, охотник озвучил не один раз и даже не пять, но успокоился я, только когда понял, что больше попросту не унесу, две тугие вязанки на спину и еще по вязанке в подмышки. Ну а что, я же правда пока не знаю, сколько потребуется, и лучше пусть останется лишнее, чем ночью выяснится, что не хватило одной палочки.
Место для приготовлений нашлось ниже по склону, ручей там выкатывался на перекат, под берегом лежала глина, а валунов вокруг накидано на любой вкус. Разложился я на полную и под удивленным взглядом Кейна взялся за дело, он комментировал каждое мое движение и строил догадки одна другой нелепее, а я наконец проверял старую идею, дробление камня бухляком было задумано еще при первом знакомстве с этим растением, но тогда все прутки ушли на стрелы.
Крупный валун с трещиной отыскался быстро, и я насовал в эту трещину палочек, битком, сколько влезло, и подбил обухом поглубже.