Зато на севере пчелиный столб гудит бодро, здешним труженикам до наших ночных концертов дела нет, а вот у меня перед ними должок. Домик семейству не начат, планировка не утрясена, а чертежник мой со вчерашней ночи человек государственный, и напоминать ему про заказ от насекомых теперь даже неловко. Ладно, принцессе объясню лично, надеюсь, протокол у них допускает отсрочку по уважительной причине.
Под тем что осталось от навеса отыскался Сурик, спал он сидя, привалившись к пеньку, и ладонь его даже во сне лежала на кирпиче с процарапанным крестиком. Рядом сопела Тележка, пристроив пятачок у его сапога, и на мое появление она приоткрыла один глаз, оценила, что еды при мне нет, и закрыла обратно. Свечу я поставил тут же, на угол штабеля, тушить ее все равно без толку, а вреда от нее днем никакого, кроме красоты.
Дошел я и до дома, полюбоваться там было чем. Каркас стоит готовый, серые столбы с перемычками, проемы размечены, хоть сегодня заводи кладку. У крыльца трудилась бригада, мужики заливали ступеньки, разглаживали жидкий камень по опалубке, и радости в этом занятии не находил ни один. Работы тут на полчаса, а дальше что?
— Ну что, Рей, когда уже достраивать-то будем? — старший отложил гладилку. — Ждем ведь. Работать надо!
— Нормально же шли! — поддержал второй и махнул мастерком на каркас. — даже раньше срока сдаем!
— Ступеньки дольем, и всё, — мрачно подытожил третий. — Хоть расходись.
— Ну так… — я посмотрел на блочное производство, замершее без единого движения, и вздохнул. — Блоки класть надо…
Легко сказать, а начальник производства блоков подвел и тут. Бригада его без хозяйского пригляда замес ставить не рискнула, да и не до того ей, мужики до утра простояли на накрутке и теперь отлеживаются по баракам. Вся деревня дружно держит курс на подушки, на ногах остались стража, двое дежурных у горшка да вот эти трое страдальцев с гладилками.
— Значит, так, — решил я. — Ступеньки доливаете, и по домам. Сегодня у деревни выходной.
— Как это выходной? — не понял старший. — А работать?
— А работать завтра, — заверил я. — Отоспитесь, а там и силы вернутся. И блоки, надеюсь, тоже.
Побурчали они для порядка, но спорить не стали, глаза у самих красные. Ну а я застыл посреди сонного участка с рабочим настроением наперевес и полным отсутствием применения для него. Первый выходной, который деревня взяла себе сама, без праздника и указа, и заработала она его так, что не придерешься.
Осталось выяснить, чем в такой день положено заниматься мне…
Час спустя я уже сидел на берегу с дощечкой на коленях, и на ней лежал комок глины. Рядом пристроились ножик и палка-ковырялка, и этим набором, собственно, весь мой инструмент для тонких работ исчерпывается.
Собирал я его по всей округе, последние останки голема, всё, что вообще удалось наскрести. Прошерстил самые глубокие и дальние сусеки, где с прежних поделок валялись крохи, под навесом подмел еще щепотку, и на этом запасы кончились. Грязи в добыче набралось едва ли не больше глины, отмывал я ее в реке старательно, только серые разводы никуда не делись. Ну да ладно, лучшего мне уже не найти, работаем с тем, что есть.
Дальше началась лепка, катал столбики толщиной в палец, ровнял торец и вырезал на нем выпуклый оттиск руны, причем зеркальный, чтобы в сыром кирпиче узор отпечатывался правильной стороной. Возня та еще, линии тут не процарапываешь, а наоборот, оставляешь горбиком, вокруг каждой снимаешь лишнее, и ковырялка трудится вдвое больше ножика.
Первым созрел накопитель, и получился он, скажу без ложной скромности, довольно сносным. Особо подробных черточек в печатку не занесешь, тонкие завитки все равно заплывут, так что рисунок я заранее упростил до самого ядра. Качество выйдет пожиже ручного, зато скорость не сравнить, приложил, дожал, и готово, следующий. В любом случае это гораздо лучше, чем у нас ставится на мыло. Там-то была первая поделка, я при создании первых печаток только-только осваивал руны. Сейчас тоже только-только осваиваю, но хотя бы уже есть хоть какие-то знания и опыт.
Следом дозрел восстановитель, этот без изысков, упрощен на грани работоспособности, но без него никак, на нем держится половина всей долговечности. Поглотители с консервацией пришлось отложить, у них в узоре слишком много мелочи, такое буду ставить сам, по старинке. Впрочем, Сурику и этих двух за глаза, накопитель с восстановителем закроют львиную долю заказов, а прочее докрутим по мере надобности.