— Да она Основу проводит! Как живая! — он пустил по мотку слабый импульс, и тот послушно добежал до самого конца.
Староста еще при сборах обронил, мол, сначала проверь, потом отказывайся, и оговорка встала на место. Мешок перекочевал обратно к Ромашке, не задержавшись у Котла и на четверть часа, такими темпами он еще до цели перезнакомится со всеми плечами отряда. Нетронутым осталось одно мыло, его разворачивать не стали, запах сбивать нельзя.
Перекусили быстро, темнело, курс наметили всё так же на север и побежали дальше. Килохорги, забавное словечко, проносились шустро, и если держать такой темп, то за день можно пробежать хоть сотню. Примечательно другое, по дороге то и дело попадались звери, и все шли на юг.
Егеря их не занимали ничуть, то заяц прошмыгнет мимо, то косуля протрусит, лесной народ перебирался в теплые края, хотя зима его обычно не пугает. И птицы почти не пели, изредка долетит что-то издалека, и снова глухо. Лес становился тише с каждым килохоргом.
К утру добрались до брошенного стойбища Жил. Места здесь считаются глубоким лесом, людям сюда путь заказан, но егеря себя людьми давно не числят. А Ярг и вовсе не человек, он дурак, с него спрос отдельный.
Племя тут стояло немаленькое, несколько десятков, а это по любым меркам крупно. Снимались Жилы не впопыхах, это видно, а вот что цепляло, так это чистота. После таких стоянок всегда остается мусор, и в первую очередь кости. Избавляться от них никто в лесу не трудится, смысла в этом никакого, но здесь не нашлось ни одной, все раздавлено и раскрошено чуть ли не в пыль. Ярг и раньше видел, как живут племена, видел и следы их стычек, чистоплотностью там даже не пахло. Стало быть, причина вычистить всё до крошки у Жил имелась, но какая, Ярг пока не понимал.
Задача, впрочем, была другая, так что Ярг отдал жестом приказ выдвигаться, отряд вытянулся в беговой порядок и помчался. Странности на этом не закончились, спустя еще пару десятков килохоргов деревья тронуло инеем. Оно и объяснимо, осень, дорога забирает в гору, к вечеру начнутся предгорья, а там снег иногда лежит и летом. Правда, так далеко Ярг не заходил, впереди начинается неизведанное, и опасно там даже егерям их уровня. Но холода в этих краях приходят позже, а до места, о котором говорил лорд, оставалась по прикидкам еще пара часов пути.
На очередном взгорке Ярг дал знак остановиться и лишь тогда расслышал, что у Котла началась одышка, дыхание тот сбил еще на подъеме. Встали, однако, не из-за нее. Подошел к ближайшему дереву, ощупал ствол с северной стороны, на пальцах остался легкий иней, а с юга кора чистая. И прохладно вокруг, этого не отнять, для осени даже чересчур.
Ромашка пригнулся и указал на землю, общее внимание разом переключилось на отпечаток в стылой грязи. Профессионалы зацепились мгновенно, разошлись по кругу, и картина сложилась быстро. Волк-одиночка, без стаи, прихрамывает на одну ногу, прошел недавно.
По крайней мере, так Ярг доложил бы про любой другой след, останься в нем хоть проблеск Основы. А тут пусто, ни отголоска, хотя настолько тонко подчистить за собой не сумел бы даже он сам. Либо это запредельный уровень контроля, либо к земле прикладывались никакой не волчьей лапой, а какой-нибудь палкой.
Бег пока отложили, сперва надо разобраться, что это за волк такой, и четверка двинулась по следу. Долго идти не пришлось, Ярг сжал кулак над головой, егеря распластались во мху, и зрелище им открылось крайне занимательное. Волк довольно коряво гнал вперед измотанную косулю, у которой не осталось сил убегать. Вскоре та повалилась, хищник напрыгнул сверху, сомкнул челюсти на глотке и замер.
Просто задушил, и тут бы удивиться, да только этот поход подобным уже перекормил. Есть добычу волк не стал, дождался, пока та перестанет дышать, взял поудобнее и понес на север.
Короткий жест двумя пальцами, и началось преследование. Держались на приличном расстоянии, чтобы зверь не почуял подвоха, но из виду его не выпускали, зрение у всех острое, а выносливости хоть отбавляй. Разве что Котел дышал все тяжелее, и Ярг отмечал в себе нездоровую усталость, но списывал ее на возраст.
Волк маячил впереди, и командир собирал наблюдения в кучу. Движения у зверя действительно неправильные, дерганые, прихрамывает он не на одну ногу, а сразу на все четыре. На шкуре местами проступает седина, налипшие ледяные иголочки, вот только морозный волк выглядит совсем иначе, у него белый искрящийся мех, а этот серый, обычный, и размерами ничем не выдающийся.
Оборачиваться зверь при этом и не думал. Обычно живность слежку чует, нет-нет да оглянется, инстинкты срабатывают сами, а этому наплевать, идет за ним кто-то или нет. У него одна задача, донести косулю куда велено.