Ограждение крепили прямо к столбам, на уровне пояса. Две горизонтальные жерди по каждой стороне треугольника, верхняя и нижняя, прибитые к столбам. Жерди пошли из тех, что я разобрал и рассортировал ещё в первый день, и для их крепления Хорг снова применил экономный подход: в столбах вырубил неглубокие пазы, в которые жерди вошли торцами, а скоба фиксировала сверху, не давая выскочить. Одна скоба вместо двух гвоздей, и держит не хуже.
Открытой оставили только одну из боковых стенок, чтобы было удобнее перелезать с лестницы на площадку. Плюс с той же стороны пол чуть выступал за пределы площадки, чтобы тоже удобнее было наступать туда ногой.
Ну а лестницу, по крайней мере верхние ступени, доделывали последней. Хорг заменил временные ступени на постоянные, загоняя в паз на столбе и фиксируя скобой. Наклон заднего столба делал подъём удобным, ступени шли полого, и забраться наверх мог бы человек с грузом, не цепляясь за перекладины обеими руками, как на обычных вышках.
Всё это время мы не обменялись и десятком слов, не считая коротких рабочих команд. «Подай. Держи. Левее. Бей сюда. Не туда, сюда.» Хорг работал молча и сосредоточенно, и я подстроился под этот ритм, научившись угадывать, что ему понадобится в следующую секунду, ещё до того, как он откроет рот. Подать жердь нужной длины, придержать, пока он забивает гвоздь, убрать обрезки из-под ног, подточить затупившееся долото на камне.
[Основа: 4/10 → 7/10]
Семёрка пришла где-то между последней ступенью лестницы и установкой верхней жерди ограждения. Тело гудело от усталости, но внутри разливалось тепло, и чем ближе вышка была к завершению, тем ощутимее становился этот поток. Система считала каждую подогнанную деталь, суммируя их в нечто большее, чем сумма отдельных операций.
Солнце село за кромку леса, когда Хорг вбил последнюю скобу в ограждение и спустился на землю. Вышка стояла в сумерках, чётко очерченная на фоне темнеющего неба, и выглядела она непривычно, даже чуждо среди привычных квадратных силуэтов на других участках периметра.
Красивая получилась, подумал я и удивился этой мысли. Строительные конструкции редко бывают красивыми, обычно они просто функциональные, но в этой вышке было что-то такое, что цепляло глаз. Может быть, это треугольная геометрия, непривычная и оттого притягательная. А может, то, что ни одного элемента лишнего и ни одного недостающего.
Хорг тоже смотрел, прищурившись, и по его лицу невозможно было понять, доволен он или нет. Постоял, сплюнул, почесал затылок.
— Кровлю бы ещё, — произнёс он, обращаясь скорее к вышке, чем ко мне. — Но черепица твоя сохнет ещё недели две, так что тут спешить некуда. Завтра закончим, подождём, пока подсохнет, и покроем. Времени хватает.
— Конкуренты ждать не будут, — заметил я, стараясь, чтобы голос звучал как можно безразличнее.
Хорг повернул голову и уставился на меня.
— Ну и пусть не ждут, — фыркнул он. — Они медленнее работают, дебилы эти. У Бьёрна только столбы стоят, а городской всё равно рукожопый, ничего дельного не родит.
— Вот именно! Они забрали наши материалы и при этом тормозят. А теперь представь, что мы завтра утром приходим к старосте и показываем готовую вышку. Полностью готовую, с кровлей, с площадкой, со всем. И говорим: дальше работать не можем, потому что все материалы забрала бригада Бьёрна, нам брёвна нормальной длины даже не оставили. Кто виноват и кто молодец, пусть староста сам решает.
Хорг замолчал, почесал затылок уже другой рукой, посмотрел на вышку… В глазах медленно разгорался огонёк, и я узнал это выражение. Так Хорг выглядел, когда ему бросали вызов, и в последний раз я видел это лицо, когда заговорил про треугольную конструкцию.
— Да в жопу их всех, — процедил он сквозь зубы, и голос звучал глухо и твёрдо. — И брёвна эти туда же затолкать. Давай работать! Беги, ищи факелы, разводи костёр, будем работать. Покажем этим умникам, что они и говна поросячьего не стоят!
Развернулся, подхватил телегу за оглобли и потащил куда-то в темнеющую деревню, не сказав больше ни слова. Я смотрел ему вслед и думал, что манипулировать Хоргом через соперничество с Бьёрном оказалось даже проще, чем ожидалось. Не потому что здоровяк глуп, нет, просто эта кнопка у него не защищена вообще ничем, и достаточно одного нажатия, чтобы завести его на полную катушку.
Да и ничего плохого в таких манипуляциях не вижу, ведь работа идет на пользу здоровяку. Это куда лучше, чем если бы он сидел и спивался, а так хоть какая-то цель в жизни. Ну и плюс мне было бы полезно закончить до завтра, а то система ждать не будет и сожжет мой духовный фундамент.