Обошёл конструкцию по кругу, привычно оценивая состояние каждого столба. Первый гнилой насквозь, пальцем можно проткнуть. Второй чуть покрепче, но тоже не жилец. Третий, вон, веревками привязан и его надо просто отвязать. Четвёртый относительно живой, но и на нём видны следы гнили в нижней трети, значит при хорошем ударе поддастся без особого сопротивления.
Направление сноса выбрал быстро, в сторону от частокола, на пустырь, где удобно будет разбирать обломки и сортировать материал. Там как раз ровная площадка, утоптанная до каменной твёрдости, без грядок и посадок. Ну, почти без посадок. В паре метров от предполагаемого места падения торчало нечто, отдалённо напоминающее подсолнух, только какого-то нездорово яркого оттенка и с листьями, которые слегка поблёскивали на солнце, будто покрытые тонким слоем воска. Растение стояло одиноко, без грядки и ограды вокруг, и выглядело настолько неуместно на утоптанном пустыре, что казалось случайным гостем, занесённым сюда ветром и каким-то чудом прижившимся.
Странный цветок, конечно, но грядок рядом не наблюдается, забора тоже, и если кто-то хотел уберечь своё растение от строительных работ, стоило бы хотя бы колышками обозначить, что тут чья-то собственность. А так, ну, стоит себе и стоит, а у меня работа, которая сама себя не сделает.
Приступил к подрубанию столбов, начав с самого гнилого. Топор вошёл в древесину так легко, что первый удар прошёл почти без сопротивления, лезвие утонуло в бурой рыхлой массе и вышло мокрым. Даже Основу вкладывать не пришлось, два удара и перемычка стала тоньше пальца. Перешёл ко второму, тут чуть покрепче, но после четырёх ударов и этот столб уже держался на честном слове. Третий, накренившийся, вообще подрубать не стал, просто резанул задубевшие веревки и конструкция уже почти пошла.
Остался четвёртый, относительно живой. Примерился, сделал клиновидный вырез с направляющей стороны, потом зашёл с противоположной и начал рубить перемычку. Здоровая древесина хрустела и поддавалась неохотно, но после вложения единички Основы дело пошло веселее.
[Основа: 5/15 → 4/15]
Отступил, осмотрел результат. Все четыре столба подрублены, конструкция покачивается при каждом порыве ветра и издаёт протяжные стоны, от которых хочется отойти подальше и наблюдать со стороны. Верёвку привязал к верхней части конструкции еще заранее, а теперь просто протянул через площадку и закрепил за ближайший столб чьего-то забора, задав направление. Потом подхватил свободный конец, отошёл на безопасное расстояние, ну и дёрнул.
В этот раз даже прыгать не пришлось. Конструкция настолько прогнила, что хватило одного рывка, чтобы четвёртый столб хрустнул и пошёл. Остальные три даже не сопротивлялись, просто сломались, как сухие ветки, и вся масса дерева, гнилой соломы и ржавых гвоздей рухнула точно в намеченный коридор.
[Контролируемое разрушение конструкции!]
[Путь Разрушения I: 1 % → 9 %]
[Основа: 4/15 → 6/15]
Восемь процентов и две единицы Основы в плюс, приятно, хотя масштаб победы заметно скромнее, чем при первом сносе. Тогда дали пятнадцать процентов по нулевой ступени, а теперь восемь по первой, и разница объяснима. Во-первых, первая ступень требует больше усилий для каждого процента. Во-вторых, сносить вышку, которая и без моей помощи вот-вот развалится, это не то же самое, что обрушить конструкцию, которая ещё на что-то годилась. Система оценивает не только результат, но и сложность задачи, и чем проще работа, тем меньше отдача. Логично, хотя и обидно…
Ладно, обижаться на арифметику бессмысленно, так что взялся за топорик и приступил к разборке. Привычная работа, руки помнят каждое движение с первого раза: поддеть, выдернуть, выпрямить, отложить. Гвозди в отдельную кучку, жерди в другую, гнильё в третью. Доски рассортировать по состоянию, скобы отдельно, верёвки отдельно.
Работал быстро, не останавливаясь, и к моменту, когда солнце поднялось на пару ладоней над крышами, площадка была расчищена полностью. Четыре ямы от старых столбов, аккуратные кучки рассортированного добра и чистая утоптанная земля, готовая принять новый фундамент.
— О, привет! — помахал рукой приближающимся фигурам, в одной из которых безошибочно угадывался Хорг по характерной широкоплечей походке, а рядом с ним шагал Гундар, мрачный и прямой, как один из своих часовых на посту. И чего они рты раскрыли? Наверное, похвалить хотят, не иначе…
Утро началось с грохота в дверь, от которого Хорг подскочил на лежанке и едва не приложился затылком о низкую полку над головой. Рука машинально метнулась к тому месту, где обычно лежал молоток, но пальцы схватили пустоту, потому что инструмент был убран в мешок, а мешок стоял у стены, как и положено.