Он закинул мешок обратно на телегу, я впрягся в оглобли и мы двинулись к реке. Идти недалеко, но в гору, и пустая телега на ухабистой дороге подпрыгивала и норовила вырваться из рук. Хорг шёл рядом, не помогая, просто шагал широко и размеренно, изредка бросая взгляд то на частокол, то на небо.
На полпути он вдруг хмыкнул и произнёс, глядя куда-то перед собой:
— Я ведь всегда говорил, что ты только ломать и умеешь. Видимо, правду говорил, ломать у тебя и правда получается неплохо.
Ну, может это и не похвала, конечно… Скорее констатация факта с лёгкой ноткой удивления, которую Хорг постарался спрятать за привычным ворчанием. Но я уловил, и этого пока достаточно.
— Бьёрн со своими ещё только крышу сдирает, — добавил Хорг через пару шагов, — Городские тоже возятся, у них там подмастерье одну стенку разобрал и на этом застрял. А мы уже строить начинаем, — он сплюнул в сторону и замолчал, но в этом молчании я расслышал нечто совсем непривычное. Что-то похожее на удовлетворение.
До реки добрались без приключений. Оставили телегу на берегу, и я машинально глянул в сторону, где стояли верши. Желудок немедленно напомнил о себе лёгким спазмом, но сейчас не до рыбалки. Стройка важнее, тем более, что если даже городской мастер не поленился сюда приехать из-за этого заказа, значит платят действительно прилично. Может и мне чего перепадёт, хотя рассчитывать на щедрость Хорга в финансовых вопросах не стоит.
Реку перешли как и я прежде, вброд, свернув чуть левее от выхода из деревни. Правда телегу пришлось оставить у частокола, так как она не пролезала в дыру, а обходить всю деревню по кругу было бы куда дольше. Вода привычно обожгла ноги, но я уже перестал обращать на это внимание, тело постепенно привыкало к местному климату и к тому, что горячей воды здесь не предусмотрено в принципе.
На другом берегу, чуть выше по течению, начинался пологий обрыв, в котором я уже добывал песчаник, а вот глина чуть ниже по течению и на нашем берегу, что куда удобнее. Песчаник пластами выходил из обрыва на высоте примерно в рост человека, а ниже, у самой воды, россыпь крупного галечника и валунов, вымытых из берега паводками.
— Вон тот годится, — Хорг ткнул пальцем в увесистый округлый булыжник размером с человеческую голову, — И те два рядом. Плоские не бери, нужны такие, которые в яму лягут плотно.
Кивнул и начал таскать, прихватывая заодно гальку помельче. Схема простая: набираю камни в ведро, которое лежало в телеге Хорга, тащу к броду, перехожу на другой берег, ссыпаю в телегу и обратно. Ведро вмещает три-четыре приличных камня и несколько пригоршней мелочи, это килограммов пятнадцать, а с водой, которая неизбежно набиралась при переходе, и все двадцать. Для моих шестидесяти килограммов ощутимо, особенно на обратном пути вверх к деревне.
Хорг тем временем направился выше по берегу, туда, где я наблюдал тренировки какого-то мужика и где он здорово крошил камни ударами кулаков. Некоторое время стоял, разглядывал, потом постучал по камню кулаком в паре мест и удовлетворённо кивнул.
— Вот этот хороший, зерно мелкое. Нагребай крошку отсюда, всё что откололось. И ломиком пройдись по трещинам, там щебня хватит.
Ломик лежал в телеге, пришлось бежать обратно. Схватил инструмент и вернулся к обрыву, а Хорг уже ушёл куда-то дальше, видимо присматривать валуны покрупнее.
Вогнал ломик в трещину между пластами. Камень не поддавался, песчаник здесь оказался значительно плотнее, чем у глиняного обрыва. Навалился всем весом, провернул и почувствовал, как пласт начал расходиться. Ещё рычаг, ещё усилие, и от монолита откололся кусок размером с кулак, рассыпавшись при падении на несколько фрагментов помельче. Вот это уже годный щебень.
Продолжил долбить, вкладывая в удары всё, что оставалось после вчерашней работы. Ломик входил в трещины, камень крошился, осыпался, и я сгребал его в ведро вместе с мелочью, которой тут хватало. Монотонная, тяжёлая работа, но знакомая до боли, в прошлой жизни я не раз наблюдал, как рабочие точно так же мучились от работы с щебнем и ломиком.
Вложил единицу Основы в особенно упрямый пласт и ломик вошёл глубже, чем обычно. По рукам прокатилось знакомое тепло, камень хрустнул и разошёлся широкой трещиной, от которой откололось сразу несколько приличных кусков. Приятно, но Основа просела.
[Основа: 5/10 → 4/10]
Но зато эффективность выросла заметно, за один такой удар я добывал столько же, сколько за десять обычных. Соблазн продолжить был велик, но Основу надо беречь, впереди ещё стройка и мне понадобится каждая крупица.