Важно другое: этот этап требует стабильного жара на протяжении нескольких часов, без провалов и скачков. Подкладывать дрова нужно регулярно, следить, чтобы огонь не опадал, и при этом не перестараться, потому что перегрев тонкой черепицы приведёт к деформации и оплавлению краёв.
Что-ж, теперь остается только сидеть и слушать мерный гул горна. Время от времени изнутри доносились тихие щелчки, и каждый раз сердце замирало на мгновение: щелчок мог означать как нормальное тепловое расширение, так и потерю заготовки. Но резких и громких хлопков, от которых черепицу рвёт на куски, вроде бы пока не слышно, так что это слегка обнадеживает.
Видимо, накаркал, так как спустя пару минут все же раздался щелчок заметно громче прежних. Глухой, утробный, откуда-то из середины камеры. Звук прошёл через стенки горна, и снаружи отозвался лёгкой вибрацией. Значит, одна черепица всё-таки не выдержала, лопнула изнутри, и осколки сейчас лежат на дне камеры. Минус одна из двадцати трёх. Неприятно, но в рамках ожидаемого, ведь даже у опытных гончаров бой при обжиге случается регулярно.
Снова взялся за корзинку, но сосредоточиться на плетении не удавалось, всё прислушивался к звукам изнутри. Прошло ещё с полчаса, и хлопков больше не последовало. Может быть, остальные двадцать две выдержат? Основа в них явно помогает, стабилизируя структуру во время обжига, и если мои наблюдения хоть чего-то стоят, то черепица с Основой должна переживать термическую обработку значительно лучше обычной.
Часы шли, и работа вошла в ритм. Подкидывал дрова, проверял тягу, замазал ещё одну мелкую трещину на задней стенке, но эта оказалась пустяковой и закрылась с первой попытки. Корзинок к этому моменту сплёл уже три, считая «дамскую сумочку», и ветки подходили к концу, оставалось совсем немного, так что переключился на корни лиственницы, привезённые из леса. Корни оказались податливее веток, гибче и длиннее, из них получались прутья хорошего качества, хотя работать с ними нужно чуть иначе, потому что они пружинят сильнее и норовят расплестись, если не затянуть ряд покрепче.
Основа за время плетения подросла, пусть и медленно, но ощутимо. С четырёх единиц на начало вечера до шести к тому моменту, когда небо над лесом стемнело окончательно и уже совсем скоро собралось начать светлеть. Не рекордный прирост, но и не пустой, ведь ладони работали почти без перерыва, а каждая завершённая корзина возвращала порцию вложенной энергии.
[Основа: 4/15 → 6/15]
[Путь Созидания I: 22 % → 24 %]
Ну да, мелочь на фоне скачков от завершённых конструкций, но стабильная мелочь, которая капает ежедневно и без усилий. Если плести каждый день хотя бы по часу, к концу недели набежит прилично.
Луна в какой-то момент скрылась за тучами и в кромешной темноте горн будто бы засветился изнутри, а через мелкие трещины в топке пробивались тонкие полоски оранжевого света, отчего конструкция напоминала старый фонарь с побитыми стёклами. Красиво, если не задумываться о том, что каждая светящаяся трещина означает потерю жара. Хотя в нижней части это и не так критично, даже местами наоборот, помогает усилить тягу.
Ещё один хлопок… На этот раз тише, будто кто-то сломал сухую палку внутри мешка. Эх, вторая потеря… Впрочем, ладно, с обычной глиной было бы хуже, а две штуки из двадцати трёх при обжиге в кустарном горне из подручных материалов — результат вполне терпимый.
Плести хотя бы без лунного света уже получалось не так хорошо, пальцы путались в прутьях, и пришлось развести маленький костерок рядом, чтобы хоть что-то видеть. Но вместо того чтобы продолжать, просто сидел и смотрел на два огня: один в горне, ревущий и мощный, другой в костре, маленький и домашний.
Наблюдал за искрами, которые взлетали вверх и гасли в ночном воздухе, и думал о том, что в прошлой жизни обжигом керамики занимались огромные промышленные печи с электронным контролем температуры, газовыми горелками и конвейерной загрузкой. А я сижу на земле, рядом с глиняной бочкой, кормлю её палками и надеюсь, что двадцать одна черепица из двадцати трёх переживёт эту ночь. И вот в чем дело… Мне нравится! Вот именно так, руками, на ощупь, по цвету пламени и запаху дыма.
Ночь тянулась долго, дважды пришлось вставать и топать к поленнице за дровами, потому что запас рядом с горном закончился быстрее, чем ожидал. Жар требовал постоянной подпитки, и в какой-то момент я начал считать поленья и прикидывать, хватит ли на оставшиеся часы. Хватало, но впритык, а значит для следующего обжига нужно будет нарубить вдвое больше. Ну или найти способ увеличить теплоёмкость топки, чтобы одна закладка дров горела дольше. Например, подмешать к дровам уголь, который тоже ещё надо сперва нажечь.