— Не сейчас, Гвигр, — развел я руками. — Работы навалом, времени ни на что не хватает.
— Но чего тебе стоит? Это же легкие деньги! — не сдавался он, — Тебе просто сплести, а на мне вся работа! Это же надо упаковать их, довезти, а потом знаешь как сложно искать покупателей? Думаешь, они у меня в очередь выстраиваются! Я в прошлый раз вообще почти не заработал, так, хватило только клячу мою покормить разок, и всё… Ради тебя же стараюсь!
— Ну, если хочешь корзину, постарайся еще раз и сруби в лесу плотоядную лиственницу, — усмехнулся я, — Веток уже сам нарежу, мне не трудно…
Торговец недовольно цокнул языком, но желанием свалить хищное дерево явно не загорелся, даже ради таких шикарных корзин. Кивнул, пробормотал что-то про упущенную выгоду и нырнул обратно в толпу. А я пошёл дальше и мысленно добавил в список дел ещё один пункт, напомнить Хоргу, что деньги меня всё-таки интересуют.
Пусть не в первую очередь, но и далеко не в последнюю. Я одну дозорную вышку целиком сам построил, от фундамента до черепицы, а компенсации за это пока не видел ни медяка. Хорг, конечно, не бухгалтер и финансовые вопросы решать не любит, но рано или поздно этот разговор состоится.
Прогулялся ещё немного и заглянул к Торбу. Мясник стоял за прилавком, и при моём появлении насупился по старой памяти. Впрочем, враждебность его давно перешла из категории «убью на месте» в категорию «терплю, потому что платит», и это можно считать прогрессом.
— Вот этот кусок, — я указал на здоровенный ломоть говядины, тёмный, мраморный, с жировыми прожилками по всей площади.
Торб прищурился, оценивая мою покупательную способность, потом пожал плечами, завернул мясо в лопух и назвал цену в двадцать пять медяков. Дороговато, даже очень, но работяги заслуживают нормальной еды, а не вечную уху с лепёшками. Ну и я нормальный стейк хочу, если честно, а если учесть все долги, то денег у меня достаточно. Да и железный уголь при желании можно в город продать, и пусть я при этом получу кровного врага в лице кузнеца, но зато заработать на этом можно вполне серьезно.
Решил уже идти в сторону стройплощадки, но по пути нос зацепился за какой-то очень уж интересный запах. Точнее было бы сказать смесь запахов, от которых тут же заслезились глаза. Пробежался быстро по торговым лавкам и безошибочно определил источник, торговец в ярких одеждах и с тряпкой на голове, на его прилавке расставлены мешочки со всевозможными специями. Ну и как пройти мимо такого?
В общем, не сдержался и взял немного молотого перца, щепотку в крошечном кулёчке из свернутого подвяленного листа какого-то дерева. Казалось бы, взял-то всего ничего, но и за эту щепотку пришлось отдать столько, что я невольно задумался, из чего этот перец делают, может, из измельчённых драгоценных камней? Впрочем, специи всегда стоили дорого, в любом мире и в любую эпоху, и если уж тратиться, то хотя бы на то, от чего еда перестаёт быть просто топливом для тела.
Собственно, после прогулки по ярмарке пора возвращаться к делу. Утро ещё раннее, но погода решила не радовать. Небо заволокло низкими тяжёлыми серыми облаками, и в воздухе повисла сырость, которая обещала моросящий дождь к полудню, а то и раньше. Навес вчера доделали вовремя, и эта мысль грела не хуже горячей каши.
До участка дошёл быстрым шагом и обнаружил под навесом троицу, которая успела расположиться раньше меня. Сурик сидел на перевёрнутом ведре и задумчиво грыз соломинку, а Рект с Улем пристроились у дальнего столба и о чём-то тихо переговаривались. При моём появлении все трое подняли головы.
— Держи, — я протянул Сурику свёрток с говядиной. — Готовь, накормим всех нормально. Крупы какой свари на гарнир, если мать сможет отсыпать.
Рект, увидев кусок мяса, застыл с открытым ртом и несколько секунд просто смотрел, как Сурик разворачивает тряпицу. Потом повернулся к Улю, и на лице тощего парня промелькнуло нечто, отдалённо напоминающее человеческую эмоцию. Для Ректа, который обычно выражает чувства исключительно через жалобы и вздохи, это было практически признание в любви.
— А с рыбой что делать? — Сурик указал на несколько щучек и пару форелек, аккуратно разложенных на камне у навеса. — Я домой уже отнёс сколько надо, остальное пока не знаю куда девать.
— Закопти у меня, — махнул я рукой. — По моему рецепту только, хорошо?
— Сделаю! — мальчишка просиял и вскочил с ведра. — Сначала домой забегу, мясо занесу, потом к тебе коптить.
Сурик подхватил свёрток, рыбу и умчался в сторону деревни с такой скоростью, будто за ним гнался глиняный голем, причем как минимум крупный и сформированный, а не та жалкая поделка, которую я встретил в лесу.