Известняк надо разрушить, уничтожить его структуру, расщепить, выжечь из него всё лишнее, чтобы получилось нечто иное. Из мёртвого камня рождается живая известь, из которой мы замесим раствор и возведём стены, способные простоять сотни лет. Разрушение ради Созидания, Созидание через Разрушение. Два пути, которые система заставляет меня развивать параллельно, и вот наконец становится понятно, зачем.
Потому что без одного второе не работает в полную силу. Потолок по Созиданию,к которому я приближаюсь уже который день, существует не просто так. Система, ну или вселенная, не пускает меня дальше, пока Разрушение плетётся где-то позади, на своих жалких двадцати девяти процентах. Два колеса одной телеги, и если одно крутится быстрее другого, телега едет по кругу, а не вперёд.
Посидел ещё немного, глядя на раскаленную яму и прислушиваясь к ровному гулу огня внутри. Да, процесс явно ускорился, причем заметно и одна единица Разрушения сделала то, чего не смогли сделать три часа обычного обжига даже с железным углём.
Руки чесались попробовать ещё раз, но Основу надо беречь, сон восстановит недостающее, и завтра можно будет экспериментировать с чистой совестью и полным запасом. А сейчас мне девять единиц должно хватить до утра, чтобы спокойно дожить и не мерзнуть ночью.
Некоторое время я просто сидел и наблюдал за обжигом, подперев щёку кулаком и позволяя себе редкую роскошь ничего не делать. Известняк у стенок ямы продолжал светлеть, жар от железного угля гудел ровно и уверенно, и весь этот процесс вызывал чувство глубокого удовлетворения, какое бывает, когда смотришь на чужую работу и понимаешь, что твоя уже сделана. Ну, почти сделана. Хорошо, каюсь, не почти. Но ведь начата же, верно?
Ладно, вечно так сидеть не выйдет, да и слишком любопытно, чтобы тратить время на созерцание. Поднялся, вернулся под навес, бросил полешко в костёр у входа и окликнул штрафника.
— Иди к яме, присмотри за огнём. Если начнёт садиться, подкинь угля, но осторожно и понемногу. Мокрые поленья больше не трогай вообще, а то опять шарахнет, — припугнул его, но теперь можно быть уверенным, что он не будет больше баловаться с сырыми дровами.
Парень на секунду замешкался, видимо, вспомнил недавний столб пламени и мысленно прикинул, хочет ли он находиться рядом с ямой, из которой стреляют огненные гейзеры.
Ну а я наконец добрался до самого интересного.
Присел в углу навеса, вытащил глиняный комок и положил на колени. Бывшая конечность голема за время хранения окончательно потеряла форму, никакой лапы и никакой колотушки, просто увесистый ком бурой глины.
Но даже так, без всякого анализа и без Основы, видно, что это не обычный кусок. Поверхность матовая, без единой трещинки, без пор, без тех мелких дефектов, которые есть у любой нормальной глины. А на ощупь этот материал и вовсе удивительный, пальцы утопают мягко и ровно, без малейшего сопротивления, и кажется, что стоит только захотеть, и комок сам примет форму, которая нужна. Лепи что угодно, он послушается.
А что мне, кстати, нужно? Вопрос хороший, и ответов на него больше, чем я способен перечислить за один вечер. Да и торопиться с этим не стоит, сначала надо понять, что именно я держу в руках.
Закрыл глаза, сосредоточился и пропустил через глину каплю Основы.
Под навесом стало чуть светлее. Самую малость, будто кто-то зажёг свечу в соседней комнате, и отблеск пробился сквозь открытую дверь. Крохи энергии, ничтожное количество, но этого хватило, чтобы Основа разошлась по всему куску сложной разветвлённой паутиной, словно внутри этой глины зашиты готовые каналы. Не просто прожилки, которые я видел в лесу при первом осмотре, а полноценная сеть, с узлами, разветвлениями и пересечениями.
Узлы даже не стал считать, штук двадцать, не меньше, и это только те, что удалось разглядеть буквально за секунду. Какие-то мелкие, едва различимые, а какие-то крупные, и энергия задерживается в них заметно дольше, прежде чем двигаться дальше. И некоторые из этих крупных узлов по форме напоминают что-то знакомое, что-то похожее на руны. Не уверен, очертания расплывчатые, как будто смотришь на буквы сквозь мутное стекло, но сходство есть, и списать его на воображение не получается.
В общем, утверждать не буду, но и отмахнуться не смогу.
Основа разошлась по всей толще глины, нити переплетались между собой, расходились на множество тонких ответвлений, затем снова сходились в плотные жгуты. Кровеносная система, вот на что это похоже! Кровеносная система в отсеченной конечности, и, возможно, сравнение это куда ближе к истине, чем кажется на первый взгляд.