— Выделю. Через час прибудут, передам под твое начало, — удивительно, но староста даже спорить не стал.
А раз не спорит, значит, видимо, ситуация действительно близка к критической. После нападения сумеречников деревня ощутила на собственной шкуре то, о чём Кральд предупреждал словами, и слова эти наконец обрели вес. А раз ситуация близка к критической, то почему я тут стою и молчу вообще?
— А-а-апчхи-почему-мне-не-платят!
— Будь здоров, — буркнул Хорг, не повернув головы.
Он сейчас специально не заметил контекст моего чиха или действительно не обратил внимания? С Хоргом никогда не угадаешь, у него избирательный слух работает безотказно, причём избирает он всегда именно то, что ему удобнее не слышать.
— Что, прости? — нахмурился староста. — Ты про оплату спрашиваешь?
— Да чихнул он, бывает, — Хорг махнул рукой. — Ладно, я пошёл. Ты тоже долго не задерживайся.
— Хорошо, сейчас только спрошу у старосты, почему платят всем вокруг кроме меня, забегу к Эдвину и сразу за работу, — я посмотрел на старосту. — Так вот, раз уж вы сами про оплату заговорили, я бы хотел уточнить, где мои деньги и сколько мне вообще должны?
Староста уже раскрыл рот, собираясь что-то ответить, но я его опередил.
— Я одну вышку сам отстроил, и скоро начнём с Хоргом закладывать фундамент под башни. А ведь все расходы я взял на себя. Черепицу сам сделал, брёвна сам нарубил, работяг кормлю за свой счёт, между прочим.
— Так ты не подходил раньше, — староста развёл руками, и в голосе его не было ни раздражения, ни удивления, только констатация факта. — Я помню, что должен, но чтобы заплатить тебе, ты должен сам захотеть получить деньги.
С этим трудно спорить, если честно. Мог бы подойти и раньше, но всё время находились дела поважнее, а деньги как-то откладывались на потом. Впрочем, это самое «потом» наступило, и вот я здесь.
Староста зашёл в дом и вышел минут через пять, сунув мне в руки мешочек, который приятно позвякивал при каждом движении. Увесистый, и звон внутри явно не медный. У меня от одного этого звука настроение подскочило как Основа после хорошего сна.
— Остальное у Хорга, аванс за башни, — добавил староста.
— С вами приятно иметь дело! — я ловко подкинул мешочек, примерно взвешивая в руке. Щедрости я так-то не ждал, но и жадничать староста не стал, что приятно удивляет.
— И ещё, Рей, — он остановил меня, когда я уже собирался уходить. — Не подведи. У меня и так слишком часто спрашивают, почему я тебе доверил настолько важное мероприятие.
— Ну так, во-первых, вы доверили мероприятие Хоргу, а во-вторых, не вы, а Кральд, — напомнил ему, кто именно назначил нас на должность. — Потому по всем вопросам можете смело отправлять всех к Хоргу. А вы знаете, как он ведёт диалог, если ему не хочется разговаривать.
Он на секунду представил, как Хорг ведёт диалог с недовольными, и по его лицу скользнуло нечто, при большом желании сходящее за тень усмешки.
— Башни должны стоять через месяц, — кивнул он, развернулся и ушёл в дом.
Ну, через месяц так через месяц. Точнее, уже даже меньше, но вроде бы укладываемся. Бетон схватывается за сутки, кирпич обжигается за ночь, известь готовится в ямах, железное дерево рубит Тобас, арматура запасена. Вопрос только, как ускорить производство кирпича, и вопрос этот действительно сложный.
Три сотни за день, это хорошо для первого раза, но для двух привратных башен нужны тысячи, и тысячи эти сами себя не налепят. С новыми людьми дело пойдёт быстрее, но ведь каждый кирпич надо пропустить через Основу и поставить печать, а это уже моя работа, и делегировать её некому.
Ладно, буду думать по дороге. А дорога у меня одна, и ведёт она к одному конкретному безумному старику, который, надеюсь, ещё не сбежал в лес разговаривать с грибами.
Покосившаяся крыша показалась из-за поворота, и я привычно прибавил шаг, заранее готовясь к любому приему, от навозного снаряда до философской лекции о бесполезности молодого поколения. Но вместо обычных звуков возни, бормотания или громкого разговора с растениями из лачуги доносился густой раскатистый храп с каким-то булькающим присвистом на выдохе, будто внутри кто-то пилит мокрое бревно тупой пилой и ещё умудряется при этом захлёбываться.
Эдвин спит, причем среди бела дня, когда нормальные люди давно на ногах, травник завалился дрыхнуть. Постоял, послушал храп. Мог бы подождать, конечно, присесть на корявое крыльцо, полюбоваться хаотичным огородом, подышать ароматами навоза и прокисших настоек. Мог бы, но не стану, потому что дел невпроворот, новые работяги ждут указаний, Хорг наверняка уже рычит на кого-нибудь у южного прохода, а я торчу тут и слушаю, как старик выводит носом трели.