— Ты хлеб забыл, — молодая принесла пару кусочков и протянула мне. — и ложку…
Хотел что-то ответить, но щи к этому моменту вытеснили из головы все мысли. Какая там стройка, какое Разрушение, когда так вкусно? Откусил хлеб, заел щами и на секунду закрыл глаза. Если бы меня сейчас кто-нибудь увидел, решил бы, что я медитирую. Но нет, я просто ем и впервые за несколько дней не думаю вообще ни о чём.
Выпал, наверное, минут на двадцать, и только когда ложка проскребла по дну больше десяти раз, начал приходить в себя. Всё, хватит рассиживаться. Нам тут уже женщины помогать пришли, а значит кому-то кажется, что мы тут работаем слишком медленно. Или что мы тут помрём с голоду, что тоже не исключено.
Встал, тихонько вернул тарелку с ложкой и пошёл домой. Да, голем это серьёзно, и в прошлый раз я от него еле ноги унёс, а потом ещё два дня рёбра ныли. Но сегодня приду подготовленным. Или завтра, посмотрим, как пойдёт, процент-то всё равно уже потерян и торопиться некуда.
Домой пошёл потому, что на участке вся работа идёт полным ходом и без меня. Кирпичи лепятся, обжигаются, известь горит, уголь почти дошёл и давно лежит тлеет в яме, Тобас со своими таскают из железной рощи брёвна, готовят их к завтрашней загрузке. Всё крутится, всё движется, и моё присутствие там сейчас ровным счётом ничего не изменит.
А вот дома у меня в вёдрах стоит бурая глина. Второй день стоит, и руки до неё всё никак не доходят. Она меньше растрескивается при обжиге, пластичнее на ощупь, чище, и для моей задумки подходит как нельзя лучше.
Сел у горна, закинул внутрь несколько сухих деревяшек, высек искру из кресала и раздул небольшой огонь. Привалился спиной к потихоньку нагревающейся стенке, достал из ведра шматок глины и принялся лепить. Стенки надо потоньше, вот так, аккуратненько. Горшочек размером будет как чайник для китайского чая, где-то с мой кулак, больше ни к чему. Круглый, пузатый, кривоватый, но цельный. Сверху крышечку, её пока положим рядом, и переходим к следующему.
А ещё важно не забыть пропустить Основу. Каждый горшочек, пока глина ещё мягкая, прогнал через себя порцию энергии, и бурая глина приняла её жадно, как сухая земля принимает воду. Узлы в ней крупнее и отчётливее, чем в обычной, и Основа растекается по каналам легко, без сопротивления. Само по себе это ничего не гарантирует, но по крайней мере после обжига горшочки будут не просто керамикой, а керамикой, знающей вкус энергии.
Несколько часов прошло незаметно. Основа полная, хотя тратил нещадно, и по итогу передо мной стояло пятнадцать мелких горшочков с крышечками. Кривые, косые, неравномерные, но вроде бы цельные и даже успели подсохнуть на тёплом воздухе. Горн за это время прогрелся основательно, дрова прогорели, и внутри остались только мерцающие угольки.
Снял трубу, аккуратно разложил горшочки внутрь, стараясь не касаться стенок, и надел трубу обратно. Теперь горячий воздух сделает своё дело. Будет циркулировать за счёт теплоты самого горна, влажный уходит наверх, а снизу прилетает горячий сухой поток, и получается что-то вроде импровизированной сушильной камеры. Для такой толщины стенок и при хорошей концентрации Основы в глине полчаса будет в самый раз.
А раз освободилось время, вытер насухо одно ведро, тщательно, чтобы ни капли влаги. Взял и пошёл на участок. Закинул внутрь пару лопат негашёной извести из одной из ям и с этим добром вернулся домой.
Ну что, начнём подготовку к новой охоте?
Горшочки подсохли на славу. За время обжига кирпичей и возни с известью они простояли в горне достаточно долго, чтобы бурая глина отдала влагу и затвердела, хоть при этом и оставшись необожжённой. Обжигать их я и не собирался, потому что как минимум на это тратится немало времени, а мне нужно быстрое решение, да и хрупкость этих горшочков будет только на руку. Подсушенная бурая глина с пропитанной Основой и так держит форму не хуже камня, и этого вполне достаточно.
Вытащил горшочки, расставил на ровной площадке перед горном и осмотрел каждый. Пятнадцать маленьких пузатых ёмкостей, кривоватых, неодинаковых, но цельных и без единой трещинки. Крышечки рядом, тоже подсохли и стали заметно легче.
Теперь самое ответственное. Достал ведро с негашёной известью и начал аккуратно засыпать горшочки, зачерпывая прямо самими горшочками. Руками к извести лучше не прикасаться, эта дрянь при контакте с влагой нагревается так, что мало не покажется, а потная ладонь вполне себе источник влаги. Зачерпнул, притрусил, зачерпнул ещё, подсыпал доверху черпая крышечкой. Пару горшочков наполнил, просто высыпая из ведра тонкой струйкой, наклоняя его осторожно, чтобы не поднять облако едкой пыли.