Невосприимчивость к огню, говорит система? Ну и пусть говорит, потому что здесь не огонь, здесь химия. Негашёная известь при контакте с водой не горит, она гасится. Кристаллическая решётка оксида кальция перестраивается, поглощая воду и выделяя при этом столько тепла, что раствор может закипеть. Но дело не только в температуре, а ещё и в том, что при гашении известь увеличивается в объёме почти втрое. Порошок на мокрой глине набухает, распирает, рвёт поверхность изнутри, и если голем целиком мокрый, а он целиком мокрый, потому что только что стоял в ручье по колено, то реакция пойдёт по всей площади, до которой добралась известь.
Несколько секунд стоял, вглядываясь в клубящееся облако пара. Где-то внутри хлюпало, трещало и возмущённо булькало, но голем молчал.
А потом из облака вылетел каменный нос. Точнее, голем, к которому этот нос прилагался. Вылетел неточно, промахнувшись мимо меня на добрых полшага, и я, не теряя момента, рубанул лопатой по корпусу.
[Основа: 9/15 → 8/15]
На этот раз попал как надо, лезвие врезалось в грудную часть, и по глине побежала трещина. Неглубокая, но заметная, и от одного взгляда на неё настроение подскочило. В прошлые встречи лопата оставляла на големе разве что царапины, а теперь трещина, настоящая, с рваными краями и белёсым налётом извести по краям. Видимо, реакция повредила внешний слой, сделала его хрупким, и удар пришёлся как раз по ослабленному месту.
Но одного горшочка оказалось мало. Голем повернулся, пусть и с хрустом, трещина на груди уже затягивалась, и колотушки снова замелькали перед глазами. Пришлось убегать, вливая Основу в каждый второй рывок, потому что без неё от этой подросшей скотины уже не увернуться. Быстрый он стал, заметно быстрее, чем в прошлый раз, и каждый промах колотушки по воздуху ощущался как сквозняк от проезжающего мимо грузовика.
[Основа: 8/15 → 7/15]
Несся вдоль ручья, по пути вспоминая дорогу к ловушке. Вон то дерево с раздвоенным стволом, за ним поворот, а дальше будет поляна с моей ямой. Главное не перепутать и не пробежать мимо, иначе придётся разворачиваться, а развернуться с разъярённым големом на хвосте задача нетривиальная.
[Основа: 7/15 → 6/15]
Чуть задержался у отмеченного дерева, потому что показалось, будто голем начинает отставать. Тяжело затопал по мокрой земле, хлюпая и похрустывая потрескавшейся коркой, и расстояние между нами начало понемногу увеличиваться. Решил уже было, что он сдаётся, но нет. Голем просто готовился к рывку, припал колотушками к земле, как делал это и в прошлые разы, и рванул вперёд одним мощным прыжком.
Едва успел отскочить, чуть не влетев в собственную яму. Перепрыгнул через неё, развернулся, выставил лопату перед собой и замер. Позиция идеальная, яма между мной и големом, отступать некуда, да и незачем. Со стороны, наверное, выглядел как герой из плохой пьесы, готовящийся к своему последнему бою, но сейчас не до красоты.
Голем рванул напролом, как и ожидалось. Замахнулся колотушками, подпрыгнул на добрых пару метров, и… Приземлился на край ямы. Ветки под ним хрустнули, листва просела, одна нога ушла вниз, но вторая зацепилась за край, и голем завис, покачиваясь, на кромке ловушки.
Не стал ждать, пока он определится с дальнейшими планами. Лопата сверкнула двумя единицами Основы и впилась голему в грудь, аккурат по старой трещине, которая не успела до конца зарасти.
[Основа: 6/15 → 4/15]
Глина разошлась на добрых два пальца вглубь, и я тут же ударил снова, без пауз, целясь в голову. Лезвие скрежетнуло по глиняному черепу, и знакомый металлический звон подтвердил, что под глиной прячется нечто, чего лопатой не взять. Руна не сдалась и не стала светить тусклее, а голем в ответ махнул колотушкой и врезал мне по рёбрам.
Удар отбросил на пару шагов и приложил спиной о землю. Перед глазами небо поменялось местами с землёй, потом обратно, и так еще несколько раз.
Ребра вспыхнули болью, но пока я кувыркался по поляне и пытался вспомнить, где верх, а где низ, краем глаза заметил, как голем сделал маленький шажок назад. Нога наступила на хрустнувшие ветки, равновесие качнулось, и глиняная туша завалилась в яму плашмя, с глухим чавканьем и треском ломающихся кольев.
Поднялся на ноги, хотя «поднялся» сильно сказано, скорее, на четвереньках дополз до края ямы, потому что земля всё ещё норовила убежать из-под ладоней. Заглянул вниз и увидел голема, лежавшего на кольях, насаженного сразу на несколько штук. Но пока я дополз, он уже почти встал. Один кол голем смахнул лапой, и дырка от него тут же затянулась, будто и не было. Второй уже вырывал из земли, когда я схватил заготовленные палки.