— Жаль, конечно, что все дерево не принесли… — вздохнул я. Не то чтобы претензия к работе гвардейцев, скорее расстройство от того, что такой материал пришлось кромсать.
— Все дерево? — прогудел из-под закрытого шлема боец, который еще стоял на ногах, хоть и с видимым трудом. — Ты хоть представляешь, скольких сил нам стоило добыть это?
— Я без претензий! — сразу поднял руку. — Просто подумал, что раз вы половину ствола откололи, значит дерево было повержено…
— Половину? Это предплечье! — рыкнул гвардеец, и в голосе его, приглушенном металлом шлема, звякнуло что-то нехорошее.
А, вон оно как, оказывается… То есть этот кусок в четыре метра всего лишь часть руки… Что же тогда за монстр растет посреди леса, если предплечье у него размером с обычное дерево? И где они его вообще нашли, и как умудрились вернуться живыми, потому что по состоянию доспехов и лицам складывалось впечатление, что дерево расставалось со своими конечностями не особо добровольно.
— Успокойся, — остановил бойца Кральд. — Вы молодцы, задание выполнено. Этого ведь хватит? — он перевел взгляд на меня.
— Думаю, да… — не стал уточнять, что вообще пока не представляю, как с этим работать. Зато теперь точно знаю, что живое дерево в одиночку бы не одолел. Да и с Больдом вряд ли, учитывая масштабы оригинала.
— Древний, видать… — задумчиво проговорил Эдвин, разглядывая кусок с прищуром. — Слышал, что такие есть, но сам не видел. Надо было с ними пойти, хоть было бы с кем поговорить, — он махнул рукой и собрался уходить.
— Погоди, Эдвин! — остановил его. — Ты бы хоть объяснил, что мне теперь делать с этим куском!
— Твой кусок, ты и разбирайся, — пожал плечами старик и развернулся, но столкнулся взглядом с Кральдом. Тот смотрел на него без тени улыбки.
— Помоги парню, старый. Не зли меня.
— Ой, да ладно, хорошо! — Эдвин поднял руки. — Бери свое бревно, пойдем. А то тут сборище, будто что-то невиданное произошло, — он обвел рукой толпу зевак, фыркнул и зашагал прочь, к своему дому.
Я наклонился к куску живого дерева и попытался его поднять. Тяжесть оказалась такой, что колени подогнулись на первом же рывке, а дерево едва оторвалось от земли на ладонь. Плотное, литое, будто внутри не древесина, а камень. Отпустил, выпрямился и огляделся. Двое мужиков стояли неподалеку, из тех, что притащились поглазеть на представление.
— Подсобите, мужики, а то я один его до завтра волочить буду.
Уговаривать не пришлось, подхватили втроем и поволокли вслед за Эдвином, который уже скрылся за поворотом и явно не собирался нас ждать.
Дотащили бревно до двора Эдвина, и я уже хотел опустить его на траву, как старик выглянул из дверного проема и посмотрел на нас таким взглядом, будто мы ему во двор мертвого кабана приволокли, причем умершего недели две-три назад.
— И чего притащили сюда?
— Так ты же сам сказал нести к тебе! — возмутился я, едва удерживая край бревна. Белесая кора скользила по ладоням, и пальцы уже гудели от натуги.
— Я сказал тащить, но не говорил, что ко мне! — зафыркал Эдвин, уперев руки в бока. — Или ты собираешься лазарет у меня во дворе строить? Да я навозом его обмажу, если хоть один твой кирпич сюда положишь! Всё, несите туда, где будет стоять, а я сам подойду.
Мужики переглянулись, один из них вздохнул, но возражать не стал. И правильно, с Эдвином спорить себе дороже, особенно когда он уже в боевой форме. Перехватили бревно поудобнее и поволокли дальше, а ворчание старика еще некоторое время догоняло нас из-за забора.
Место под лазарет староста определил в пяти минутах ходьбы, и, надо сказать, выбрал с умом. Участок в центре деревни, рядом с площадью, и к нему одинаково неудобно тащить пострадавшего с любой окраины, а значит и одинаково удобно.
Отобрал его староста, насколько я понял, у какого-то бедолаги, и тот, наверное, сейчас сидит где-нибудь и тихо проклинает свою судьбу. Ну, я бы проклинал, если бы у меня так отрезали часть двора и сказали, что это ради общего блага.
Опустили бревно на землю у самого забора, и мужики распрямились, держась за поясницы и охая в голос.
— Спасибо, мужики, — кивнул им. — Я бы себе спину сломал без вас.
— Да пожалуйста, пацан, чего уж, — забубнил один, растирая плечо. — Лазарет — дело нужное. Жаль только лекаря нормального нет…
— Это здание будет само лечить людей, можете не сомневаться, — подмигнул ему.
Мужик окинул меня оценивающим взглядом, явно прикидывая, не перегрелся ли я по дороге, хмыкнул и пошел по своим делам, а его напарник потянулся следом, бормоча под нос что-то про молодежь, которая сама в себя верит слишком сильно.