Доел кашу, поставил миску на пол и полез в карман. Пальцы нащупали монету, целый неразменянный серебряк, потому что за это время я задолжал им даже больше. Примерно пятьдесят медяков у меня есть, но этого явно не хватит, чтобы покрыть те старания которые эти ребята вкладывают в каждый кирпич и куб бетона. Да и могу себе позволить, тем более что тратить деньги пока не на что.
Мне только обуви не хватает, а до этого тупо не доходят ноги. Впрочем, давно задумывался самостоятельно сплести себе лапти, вот только и под это тоже надо выделять времени которого попросту нет.
Вытащил монету и протянул Улю.
— Это что? — тот непонимающе уставился на серебряк в моей ладони.
— Оплата, как и обещал. — пожал я плечами, — Сами поделите, договоритесь как-нибудь.
— Да не вопрос, попилим! — Рект мгновенно ожил, будто и не засыпал секунду назад, и потянулся к монете, но Уль хлопнул его по руке. — Эй! Ты чего? Все же честно, семьдесят медяков мне, тридцать тебе!
— Рей, не нужно, — Уль нахмурился и покачал головой. — Да, договаривались. Но, во-первых, деньги нам нужны были, чтобы вернуться в город. А в город сам понимаешь, сейчас вряд ли получится дойти. Во-вторых, ты и так несешь расходы. Мы живем в твоем доме, кормят нас бесплатно, а главное, мы учимся. Такого ни за какие деньги не купишь.
— Не слушай его, Рей! — взмолился Рект, и глаза у него при этом блестели так, будто серебряк излучал собственный свет.
— Да тут дом одно название, — махнул рукой. — А кормит вас староста, ну и жители деревни скидываются.
— Уль, ну правда, чего ты несешь? — Рект обхватил голову руками, но взгляд от монеты оторвать не мог, она лежала на моей ладони совсем близко, и от этой близости Ректу, кажется, было только больнее.
— Рект, имей совесть, — Уль устало прикрыл глаза, будто объяснял очевидное уже в десятый раз. — Ты где еще научишься жидкий камень лить? Мы в город вернемся, и наши услуги нарасхват будут. Очереди выстроятся, и так уж и быть, можешь сам назначать любые цены.
— Правда можно? — Рект замер, и руки медленно сползли с головы. — Честно-честно?
— Ну, в разумных пределах, конечно, — Уль кивнул. — Так что все, Рей, забудь про деньги и давай строить.
Повертел серебряк в пальцах и убрал обратно. Ну и ладно, не буду их обижать, в таком случае. А знания им действительно пригодятся, хотя мне будет жаль отпускать их этих двоих в город, сработались, как-никак. Хотя может сам туда как-нибудь загляну, посмотрим.
Забавно, кстати, что все в деревне давно забыли про оплату труда и просто вносят посильный вклад в обороноспособность деревни, а какие-то мирские радости отошли на второй план. И это правильно, я считаю. Просто вроде как обещал, а обещания надо сдерживать, потому и предложил деньги сейчас.
С Торбом, можно считать, вопрос решен, коптилку ему поставлю, когда руки дойдут. Остается примерно половина деревни, которая может точить на меня зуб за былые подвиги прежнего Рея. Эх, гуся еще надо как-то вернуть, а то ведь сниться по ночам будет.
Рект проводил монету взглядом, полным немой тоски, и вздохнул так тяжело, будто хоронил близкого друга.
— Ага, а еще расскажи что-нибудь новенькое? — он моментально переключился, потому что если денег не дают, надо хотя бы знаний урвать. — Может, какой-нибудь воздушный камень есть? Мы научимся, ты только объясни и покажи разок, а дальше все сделаем!
— Ну, в лазарете я, например, печку под полом задумал, — я почесал затылок, прикидывая, как объяснить попроще. — Если хотите, можете подсмотреть. В городе вряд ли такое встретишь, а я подглядел кое-где и немного развил идею. А потом буду думать, как залить гладкий пол.
— Гладкий пол? — Уль заинтересованно приподнял бровь. — Это как?
— Ровный, без стыков и щелей. Чтобы вода скатывалась и грязь нигде не забивалась. В лазарете это важнее, чем может показаться.
И действительно, тут придется серьезно подумать. Наливной пол в этом мире пока не изобрели, природные пластификаторы имеются, но в идеале нужен хотя бы гипс, не говоря уже о более хитрых добавках. Впрочем, у меня есть пара мыслей, как добиться нужной гладкости без всего этого, и если получится, результат удивит не только ребят.
— Ладно, вы идите спать, — бросил обоим и поднялся на ноги. — А у меня есть еще одно небольшое дело.
Спорить никто не стал, Рект сразу зевнул так широко, что, казалось, челюсть сейчас отвалится, а Уль молча поднялся и принялся за привычный ритуал: пошерудил палкой угли в горшке, подул туда, накрыл крышкой, и замазал щель глиной, чтобы жар держался до утра. Оба разошлись по своим лежанкам, и через минуту из дома уже доносился негромкий храп Ректа, который засыпал, кажется, еще до того, как голова коснулась лежанки.