У ворот все шло своим чередом. Мужики уже возводили опалубку под верхнюю балку, конструкция поднималась метра на полтора-два выше перемычки меж башен, все согласно чертежу, и Уль, как всегда, следит за каждой доской лично.
Собственно, получается у нас полноценная бетонная рамка, внизу балка утоплена в землю и в ней конусообразные углубления, в которые встанут намертво заостренные вертикальные бревна решетки. По бокам полозья, и их сейчас как раз шлифуют камнем, сбивая мелкие неровности.
И правильно делают, потому что бетон пока еще податливый, и мелкие выступающие наплывы в местах стыков досок опалубки можно убрать без особых усилий, а вот когда встанет окончательно, они останутся навсегда. По таким неровностям решетка будет постоянно цепляться, придется ее подбивать при каждом подъеме или спуске, а в критический момент даже секундная задержка может стоить жизни всей деревне.
Уль увидел меня, кивнул и продолжил подгонять доску, которая упрямо не хотела вставать на место. Подошел, глянул, подсказал ему подтесать нижний край на полпальца, и доска тут же села. Иногда все решают миллиметры, и на стройке это правило работает безотказно.
— К обеду заливаем? — уточнил у него.
— Если Борн ролики доделает, то да, — Уль вытер пот со лба. — Опалубка будет готова через час-полтора, раствор мужики уже замешивают.
— Добро. Позови, когда начнете, мне тут надо кое-куда заскочить.
Оставил ворота на Уля, потому что парень справляется и без моего постоянного присмотра, а сам пошел вниз по склону, к реке, проведать горн. Собственно, там осталось совсем немного, обжечь один кирпич с поглотителем, установить его в дымоход и подключить к рунной сети, и горн можно считать законченным. Ну, еще мехи нужны для подачи воздуха, но это вопрос отдельный и не такой срочный.
Дагну увидел издалека, она сидела на корточках недалеко от горна и смотрела на него влюбленными глазами. Рядом стоял Больд, сонный и помятый, и лениво скреб затылок, ожидая непонятно чего. Оба при этом держались от горна на расстоянии и подходить ближе явно не торопились, видимо, боялись навредить.
— Доброе утро, — подошел и сел рядом с Дагной. — Кирпич как?
— Обжигается, — сразу ответила она, не отрывая взгляда от горна. — Я его утром как увидела, сразу поняла, что он срочно нужен. Подсохнуть успел как надо, так что закинула сразу, думаю, к ночи будет готов.
Кивнул, потому что все верно, кирпич из големовой глины с поглотителем для дымохода, я его вчера оставил на видном месте в расчете ровно на это. Хорошо, на самом деле, когда рядом есть люди, которые думают на шаг вперед.
Уселся поудобнее и еще раз осмотрел горн. При дневном свете он смотрелся даже лучше, чем ночью, приземистый, ладный, обмазанный ровным слоем глины, с аккуратным проемом топки и коротким дымоходом. Мое ночное творение, от первого кирпича до последнего мазка раствора, и пусть кое-где глина подсохла неравномерно и пошла мелкими трещинками, восстановители свое дело сделают.
И тут вспомнил про наковальню, вскочил обратно на ноги так резко, что Больд от неожиданности шарахнулся в сторону и чуть не сел на обжиговую яму.
— А, кстати, надо же над наковальней думать! — выпалил, глядя на Дагну.
— Ну думай, — она спокойно посмотрела на меня снизу вверх. — Я ходила тут, присматривалась. На том берегу есть несколько подходящих камней, не идеал, конечно, но за неимением нормальной наковальни и они сгодятся. Притащить можно на повозке, людей побольше взять.
— Нет, у меня идея получше, — и по лицу Дагны стало понятно, что она уже привыкла к моим идеям и заранее готовится к чему-то непростому. — Помнишь пень от железного дерева в роще? — кивнул Больду, — Ты его срубил, когда лес валил.
— Тот здоровенный? — Больд оживился и перестал чесать затылок. — Ну да, я его… это… чуток промахнулся и задел. Но он сам раскачался! И вообще, подножку мне поставил корнями!
— Как бы то ни было, пень остался, и срез у него идеально ровный, — продолжил я, решив не углубляться в подробности столкновения Больда с деревом. — Полтора метра в ширину, форма неправильная, но поверхность гладкая. Выкорчуем, притащим сюда, вкопаем хорошенько и будет наковальня, которая любой камень за пояс заткнет! Железное дерево тверже, чем все, что у нас есть, молотом его не расколешь, а вес такой, что вибрацию поглотит лучше любого валуна.
— А если приживется? — скривилась Дагна. — Там же шипастые корни. Мне рассказывали, что рядом стоять невозможно.