— Ты настоящий друг, Больд! — махнул ему в ответ и выплюнул шишку.
Фальк молча вытряхивал иголки из-за шиворота и выглядел так, будто заново переосмысливает все решения, которые привели его в этот лес, к этому дереву и к этим людям. Тарн оказался практичнее и просто стряхнул с себя все лишнее, перехватил таран поудобнее и вопросительно посмотрел на меня.
— Ну что, достаем теперь вроде?
Проверил расстояние. Больд подвинул нас вплотную, острие тарана упирается прямо в свежую выбоину на стволе. Даже не надо раскачивать на полную, короткие мощные удары сейчас эффективнее длинных замахов.
— Достаем… — вздохгул я. — Фальк, дай Основу на следующем ударе.
— Да я и сам собирался, — буркнул охотник, стряхивая с плеча последнюю шишку.
Фальк вбросил Основу, накопитель на мгновение засветился, и таран вошел в ствол с хрустом, от которого даже корни под нами дрогнули. Черный сок снова брызнул сквозь щели в стенах, и кто-то из нас выругался, потому что попало прямо в лицо.
Еще удар, Тарн на этот раз подал импульс, и лезвие тарана прошло глубже, расширяя пропил. Лиственница заскрипела так, что звук пробрал до костей, низкий протяжный стон, от которого захотелось бросить все и убежать. Не убежал, конечно, во-первых некуда, а во-вторых, этот стон означает, что мы ей все-таки причиняем боль, а значит все работает как надо.
Вдарили еще раз, и еще, вгоняя орудие в ствол все глубже. Фальк и Тарн чередовались, подавая Основу через раз, и я наконец начал улавливать разницу.
Ладно, ничего, вроде бы примерно запомнил как они это делают, а потом на утренних зарядках буду пробовать. Кстати, научиться стрелять тоже лишним не будет, все-таки это тело не отличается крупными габаритами и ближний бой мне вообще противопоказан. Плюс, я что, зря башни строил что ли? Когда будет сражение, я займу самое почетное место на них! Если пустят, конечно…
— Удар!
Лиственница к этому моменту рассвирепела по-настоящему. Ветки колотили по крыше с такой яростью, что сверху посыпалась древесная крошка, а одна из половинок бревна на правом скате окончательно треснула и начала расходиться. Корни внизу скребли пол, пытались подцепить, перевернуть, сдвинуть, но вес конструкции держал нас на месте, и это было одним из немногих моментов, когда я порадовался, что не стал экономить на материале.
— Сколько еще? — Тарн мотнул головой, стряхивая пот.
Присмотрелся к зарубке. Мы прорубились сантиметров на тридцать, может чуть больше, и пропил уже приличный, но ствол в два обхвата, так что до середины добираться еще столько же, потом еще сантиметров тридцать и возможно, дерево начнет падать.
На нас, кстати, и вот этот момент тоже стоит учитывать, главное вовремя покинуть укрытие. Ну, или как-то оттащить таран, и подкатить его уже с другой стороны для продолжения рубки. И делать это быстро надо, а то лиственница ведь живая, и регенерация у нее наверняка есть, хоть и не мгновенная. Если бросим на полдня, зарубка затянется, и все придется начинать заново.
— Долго еще. — Я вытер пот с лица. — Но мы на верном пути.
— Утешил, — хмыкнул Фальк, но бревно не отпустил.
Ударили снова, все-таки больше ничего не остается делать, и в какой-то момент я заметил, что лиственница перестала просто защищаться и начала пытаться нас выковырять. Две толстые ветки, каждая толщиной с мое бедро, спустились по стене и начали нащупывать щели между бревнами, как пальцы, которые пытаются вскрыть ракушку. Пока не получалось, подгонка плотная, но долго это не продлится, потому что дерево живое и учится, а мы нет.
— Фальк, слева! — крикнул Тарн, и охотник мгновенно среагировал. Выхватил нож и полоснул по ветке, которая просунулась между бревен и тянулась к его ноге. Нож скользнул по коре и оставил неглубокий порез, из которого тут же выступила маслянистая жижа. Ветка дернулась, отползла, но через минуту вернулась и полезла снова, уже с другой стороны.
— Они через стены лезут! — Тарн рубанул топором по другой ветке, которая пыталась поддеть пол.
Нехорошо… Если лиственница просунет ветки внутрь, нам тут станет очень неуютно. Надо ускоряться, пока стены держат, а для этого нужно бить сильнее и чаще.
— Навались! Не останавливаемся!
Фальк бросил нож и снова схватился за таран. Три пары рук раскачали бревно, Основа вспыхнула на острие, и удар вышел такой, что домик подпрыгнул, а из зарубки вылетел кусок размером с ладонь. Ствол дрогнул, крона на мгновение обмякла, будто лиственница перевела дыхание, и мы тут же вбили еще один удар в открывшуюся рану.
Вбили еще несколько ударов подряд, и каждый вгрызался в ствол все глубже.