Надо переделать так, чтобы катушкой натягиваешь до щелчка, тетива фиксируется, натяжитель отцепляется, и дальше остается только положить снаряд, прицелиться и нажать на спуск. Плавно, без киянки, одним пальцем.
Ну и разумеется снаряд хотя мы над этим пока даже не начинали работать, но идеи оформились куда точнее. Палка пролетела метров десять-двадцать нормально, острием вперед, а потом все-таки развернулась в воздухе и полетела боком. Будь там железный наконечник потяжелее, центр тяжести сместился бы вперед, и она пролетела бы подальше, метров тридцать.
Но этого мало, нужно оперение. Взять две тонкие полоски, приклеить их к хвостовику чуть с наклоном, и снаряд в полете начнет закручиваться вокруг продольной оси, как пуля, выпущенная из нарезного ствола. Собственно, стволы для того и нарезают, чтобы болванка не болталась в воздухе, а летела острием вперед и держала траекторию. Тут принцип в точности тот же, только вместо нарезки в стволе работает наклонное оперение.
Все это я высказал Ольду, стоя у баллисты и тыча пальцем в каждый узел по очереди. Подмастерья слушали молча, переводя взгляд с меня на орудие и обратно, а Ольд просто стоял, уперев руки в бока, и не перебивал. Лицо у него менялось постепенно, от кислого к сосредоточенному, и я видел, как он проверяет в голове каждое мое замечание, прикладывая к тому, что сам увидел во время выстрела.
Помолчал еще секунду, потом хлопнул себя по коленям и выпрямился.
— Сделаем! Вот обосремся хоть три раза, но добьем эту сволочь! Пусть летит хоть на триста шагов, хоть на тысячу, но полетит, я тебе обещаю! — и тут же повернулся к подмастерьям, которые сидели на чурбаках и явно не разделяли его внезапного воодушевления. — А вы чего расселись? Рей правильно все разложил, мы пробуем, а значит имеем полное право ошибаться! А ну бегом за Дагной и Борном, пусть куют нам новые детали! Собачку переделать, упоры для тетивы, наконечники, и ось катушки новую, эта уже никуда не годится!
Подмастерья подскочили и выскочили за дверь так быстро, будто только и ждали повода куда-нибудь убежать. Ольд проводил их взглядом, повернулся ко мне и усмехнулся.
— Ладно, убедил. Луки пусть делают те, кто в чем-то сложном ничего не понимает, а мы будем ломать голову над этой образиной. Только чур, если на третий раз опять палка в землю воткнется, ты мне лично поставишь кружку!
— Договорились, — кивнул я. — Но на третий раз она воткнется в бревно, а на четвертый уже в морду жила.
— Если в морду жила воткнется, тогда кружка с меня! — схватившись за пузо расхохотался Ольд. — Всё, иди, не мешай! Будем работать!
Вышел, вдохнул полной грудью и улыбнулся, несмотря ни на что. Ну да, не получилось, но на самом деле все куда лучше, чем могло бы быть. Проблемы вылезли сейчас, когда их можно спокойно обдумать и исправить, а не через неделю, когда под стенами столпятся жилы и времени на переделку не останется.
Катушку переделаем, собачку переделаем, виброгасители поставим, снаряду приделаем оперение и наконечник, и на следующих испытаниях палка полетит куда надо. Я в этом уверен, потому что все ошибки уже разложены по полочкам, каждую разобрал и показал Ольду, а тот ухватил на лету. Мастера справятся, тут и сомневаться не приходится.
Мог бы и сам остаться помогать, вот только я вряд ли заметно ускорю процесс, ну и плюс есть еще одно дело, которое без меня точно не сдвинется. Волосянку никто кроме меня ловить не умеет, попросту нет для этого необходимых средств. Прошлый раз сорвалось, бревно-катушку утащило вместе с уловом, но ошибки там тоже понятны и исправимы, а значит надо идти и исправлять.
Только перед этим хочу проверить одну штуку которая зудит в голове и которую я в суматохе дел откладывал на потом. Собственно, это самое «потом» наступило, и лучшего момента может не представиться.
Забежал к башням, поднялся на второй ярус и из запасов веревки выудил моток подлиннее. Волосянка, скрутка, примерно метров двадцать пять, если на глаз. Спустился, отошел в сторону от ворот, чтобы стражники не глазели, и начал готовить эксперимент. Привязал к одному концу рог зубра, обмотал поплотнее, чтобы не болтался, а сам ухватился за другой свободный конец и легким коротким толчком пропустил по нему Основу.
Ничего грандиозного не произошло. Крохотный, еле заметный огонек скользнул по веревке, мелькнул где-то на середине мотка и растворился, не добравшись до рога. Потери колоссальные, до конца не дотянуло, но расстраиваться тут преступно, потому что проводник работает.
Система еще при анализе волосков подсвечивала способность этих волокон проводить через себя Основу и отдавать ее на расстоянии, я это прекрасно запомнил и уже не раз прокручивал в голове самые разные варианты применения таких свойств.