Так вот, обычная лопата, которая есть у меня, когда‑то давно была недосягаемой роскошью. У нас тут тоже редко встречается такой удобный инструмент для копки, большинство все же пользуется деревянными аналогами. Для массового производства нужен прокат, иначе так и придется обходиться штучными экземплярами. А копать нам еще много…
Стена ведь только начало, дальше, если на нас не нападут к этому моменту и не снесут оборону, надо будет установить башни, накопать ловушек вокруг, можно даже заморочиться и вырыть канал вокруг деревни, раздвоить русло реки. Для этого даже бригады экскаваторов не хватит, но если будет толпа людей с лопатами, то почему нет?
Этими мыслями прекрасно развлек себя на пути к Ольду. Ага, прокатные станки, русло реки вокруг деревни силами мужиков с лопатами, прикольно. Башни недостроены и ворот нет, а я уже руслами рек повелеваю.
Пришел, а там уже закончили работу и жрут шашлык.
– О, Рей! – они на всякий случай схватили по последней шпажке. Видимо, в прошлый раз из вежливости предложили и никак не ожидали, что я соглашусь и даже сопру у них целую шпажку шашлыка. Хотя ладно, шучу, конечно, просто мясо у них действительно кончилось.
– Вон твоя подкова деревянная! – Ольд указал на конструкцию, которая идеально подходит под мои нужды. – Уж не знаю точно, что ты там задумал, – продолжил он, – но на еще, жира возьми. Ну, ты же говорил, что там бревно будет крутиться или тереться, так вот, чтобы легче терлось.
– О, это в самый раз, – одобрительно закивал и взял небольшой горшочек. И правда, лучше смазать, а то перетрем упор, да и накручивать будет не так удобно. Хотя в любом случае сейчас будет лишь пробная попытка добыть волоски, и если что‑то пойдет не так, просто обрежу уже намотанное и пойду думать дальше. Правда сдается мне, вариант слишком логичен, чтобы провалиться.
Поблагодарил мужиков за работу, Ольд кивнул и тут же перехватил меня за рукав.
– Слышь, если чего добудешь, притащи кусочек, – попросил он, и глаза при этом загорелись по‑мастеровому. – Мне ж интересно пощупать.
– Если получится, обязательно, – пообещал и потянулся к хомуту.
Конструкция оказалась увесистой, но Ольд не был бы Ольдом, если бы не продумал удобство. Шейная, или в моем случае бревновая часть легла на плечи ровно, не давила и не терла, и я, прихватив свободной рукой тачку, двинулся в путь.
Инструмент покидал туда же, топорик, нож, лопату, веревку, колышки и пару заготовленных кольев. Рог зубра оставил дома, и правильно сделал, нечего его по болотам таскать, а то уроню в жижу и потом нырять за ним придется. Второй и так спрятан под сеном и прикопан до лучших времен, оба рога в одну ходку терять глупо.
По дороге к броду заглянул к рыбакам. Народ, как всегда, копошился у вершей, но при виде меня с тачкой и хомутом на шее вопросов задавать не стали, видимо, привыкли уже к моим чудачествам. Закинул в тачку несколько мелких рыбешек, которые все равно выпускать собирались, и покатил дальше.
Прошел через свой участок, проверил на ходу, что ямы для обжига в порядке, кирпичи сохнут, мужики копают, все штатно. Выбрался на тропу к броду и уже почти дошел, когда заметил впереди две фигуры.
У самой воды стояли Вельт и солдат. Охотник подкидывал плоский камешек, примеривался и с ленивым разворотом кисти отправлял его по воде. Камень проскакал четыре раза и утонул. Солдат тоже кинул, но у того вышло хуже, камень плюхнулся сразу, без единого отскока, и Вельт едва заметно ухмыльнулся.
Меня они заметили одновременно, Вельт оживился, лицо расплылось в широкой ухмылке, а вот солдат… Солдат смотрел так, будто я ему денег должен. И кстати, лицо знакомое. Точно же видел его, и совсем недавно. Где только? Память подкидывала невнятные обрывки про вечернюю стройку, но образы никак не складывались в цельную картинку.
– О, ну вот он, важный перец! – хохотнул Вельт, подошел и хлопнул по плечу. – Все, теперь охранять тебя будем!
– Да я как бы не просил… – замялся, покосившись на солдата. – Просто этот чугунок подошел, объявил, что все решено, без вариантов…
– Так я ж шучу, – рассмеялся охотник. – Правильно командир приказал, давно пора. А то ты постоянно где‑то шляешься без присмотра, то там вляпаешься, то тут. Хотя мы тут стояли, ждали тебя, и кажется Клавус со мной не согласится.
– Да смысл куда‑то ходить вообще? – не выдержал солдат. – Зачем шляться, когда вокруг опасно? Меня, вообще‑то, отправили деревню защищать, а не пацана какого‑то, пусть он хоть трижды ценный. Я в городе знаешь кого охранял?
– Кого? – невозмутимо поинтересовался Вельт, уже развернувшись в сторону брода.
– Самого Фон Вильга!
– Да ну? Прям его лично? – Вельт выпучил глаза с таким искренним удивлением, что любой актер позавидовал бы.
– То‑то же! – сразу расправил плечи солдат, – Не один, конечно, со своим отрядом. Но охрана только на первый взгляд кажется занятием простым, на самом деле там много хитростей!
– Это что за тип, Вильг этот? – поинтересовался я у Вельта, потому что важных людей знать надо, хотя бы для того, чтобы по возможности держаться от них подальше.
– Да хрен его знает, – тихо бросил Вельт, чтоб Клавус не услышал. – Там в городе все важными себя считают, ходят индюками, кудахчут что‑то.
Перешли через брод, Клавус при этом долго выбирал камни посуше и все равно промочил оба сапога, после чего минут пять выливал воду и жаловался на местные дороги. Вельт и бровью не повел, прошел через поток так, будто каждый камень знает по имени, а я просто перетащил тачку и на мокрую обувь внимания не обратил, даже выливать ничего не пришлось, так как у меня обувь вентилируемая. Ну, дырок там больше, чем не дырок…
– Вот в городе, – продолжил Клавус, выжав наконец портянку и натянув сапог, – мы стояли у южных ворот, и там ворота знаешь какие? Три повозки в ряд пройдут и еще место останется! И каждого проверяли, документы там, товар, все как полагается.
– Угу, – буркнул Вельт, не оборачиваясь.
– А однажды караван пришел из южных земель, двадцать телег! Мы его два часа проверяли!
– Два часа караван из двадцати телег? – прикинул в голове. – Это по шесть минут на телегу, не многовато ли?
– Э… ну так тщательно же! – Клавус поскреб затылок. – Там могло быть что угодно! Контрабанда, оружие, запрещенные зелья…
– И нашли что‑нибудь?
– Не в этот раз, – Клавус приосанился. – Но в другой раз точно бы нашли, если бы знали, где искать.
Вельт обернулся, поймал мой взгляд и еле заметно покачал головой, мол, не трать время.
Но Клавус не унимался. Дорога через кусты, видимо, навевала на него воспоминания, и каждый куст или поваленное дерево становились поводом для очередной истории. Тут он пересказал, как их отряд однажды преследовал банду разбойников аж до самого леса, причем сам Клавус лично заметил след. На вопрос, поймали ли кого, последовала секундная пауза и уверенное «они скрылись, но мы перекрыли все подходы».
– И самое главное, – разогнался Клавус, перепрыгивая через корень и чуть не свалился при этом, – когда Фон Вильг выезжал на ярмарку, мы по четверо с каждой стороны кареты шли. Четверо! И вперед еще двоих отправляли, разведку проводить!
– Разведку, – повторил Вельт. – По дороге на ярмарку?
– А ты не смейся! Мало ли кто на дороге стоит!
– На ярмарку же все и идут, Клавус. Кто там стоять‑то будет, кроме торговцев? – выдохнул охотник.
Солдат открыл рот, закрыл, потом снова открыл и выдал:
– Вот потому и не нападали, что мы хорошо охраняли!
И ведь не поспоришь с такой логикой. Нападений нет, потому что охрана хорошая. А охрана хорошая, потому что нападений нет. Замкнутый круг, в котором Клавус чувствует себя героем, и все довольны, особенно те, на кого никто не нападал. Я вот, кстати, когда зеваю – всех крокодилов распугиваю минимум на километр вокруг. Вот зевнул сегодня, идем, и крокодилов не видать. Наверное, стоит у старосты медаль за такое попросить.