Подошел ближе к стволу первого дерева, посмотрел внимательнее, но трогать не стал, разумеется. На вид обычный, тонкая гладкая кора, ничего примечательного, за исключением мелких бугорков по всей поверхности, расположенных довольно густо, от самого основания и до нижних ветвей.
– Ты это… Руками только не трогай, помнишь? – проговорил один из охотников.
– Помню, конечно, – кивнул я.
Охотники на самом деле провели инструктаж на полпути и наперебой рассказывали факты об этом дереве, хотя в основном разговор уходил куда‑то не туда. Но суть я уловил: не трогать ствол, не лезть к корням, и если полезут шипы, стоять подальше.
Подходить вплотную не стал, но увидеть своими глазами, как работает защита этого дерева, все‑таки захотелось. Сходил за палкой подлиннее, вернулся и ткнул ей по стволу. Не прошло даже мгновения, как из каждого бугорка выдвинулись острейшие шипы, одни по диагонали вверх, другие вниз, третьи вообще вбок, и за долю секунды гладкий ствол превратился в огромного, ощетинившегося во все стороны ежа. Палка, которую я не успел убрать, оказалась проткнута насквозь в двух местах, и теперь висела на шипах.
А на моем лице расплылась такая улыбка, что Тарн с Фальком переглянулись и синхронно отступили на шаг. Ну а чего вы думали, ребят? Я тут материал новый нашел, который нам всем ой как нужен…
Присел, потыкал дерево палочкой еще пару раз, ну и запустил анализ, все‑таки он пока никогда не подводил и стоимость в единичку основу, как по мне, вполне приемлема.
[Анализ объекта…]
[Анализ завершен]
[Объект: Шиполист обыкновенный. Взрослое дерево]
[Материал: плотная светло‑серая древесина, структура волокон умеренно упорядоченная]
[Прочность древесины: средняя]
[Прочность шипов: повышенная. Шипы формируются из уплотненных волокон с минерализованным наконечником]
[Вместимость Основы: низкая]
[Особые свойства: реактивная защитная система. При физическом контакте или воздействии Основы древесина выдвигает шипы из подкорковых камер. Механизм срабатывания: расходует запас Основы, накопленный в сердцевине ствола. В срубленном состоянии защитная реакция сохраняется до полного истощения запаса]
[Токсичность: умеренно присутствует в листьях. Сок на поверхности шипов обладает слабым раздражающим эффектом]
Ну вот и подтверждение всему, что рассказывала баба Аля, только теперь с цифрами и деталями. Древесина средней прочности, значит, рубить ствол можно, если добраться до него через шипы, а вот сами шипы повышенной прочности, и без Основы их не возьмешь. Минерализованный наконечник, надо же, природа тут не поскупилась на броню. Зато не ядовитый, и на том спасибо, хотя раздражающий сок на шипах радости тоже не добавляет.
А главное, реактивная защита работает на запасе Основы в сердцевине, и этот запас конечен. Значит, если дерево срубить и подождать, шипы рано или поздно перестанут вылезать, когда запас иссякнет. Ну и, разумеется, если нанести пару накопителей и поглотителей, то этот запас никогда не иссякнет…
– Рубить будем, – обернулся к охотникам.
– Э, не, мы не подписывались, – Тарн сделал шаг назад и для убедительности выставил перед собой копье.
– Подписывались, подписывались, – махнул рукой. – Командир велел со мной погулять, а прогулка подразумевает физическую активность. Но для начала мне нужна палка подлиннее.
Огляделся и нашел молодое деревце подходящей толщины шагах в тридцати от шиполиста, обычное, без сюрпризов. Срубил его в пять ударов, обрубил ветки и получил жердь в полтора метра длиной. Снял топорик с пояса, примерил к жерди и задумался. Если насадить топор на длинную ручку, можно рубить шиполист, не подходя вплотную, и шипы до рук не достанут. Ну, в теории.
– Фальк, у тебя веревка есть?
– Есть немного, но она денег стоит… – он порылся в поясной сумке и протянул кусок. – А тебе зачем?
– Топор к палке привяжу, а то клинья выбивать не охота, больно уж Борн хорошо подогнал.
Привязал топорик к концу жерди, обмотал покрепче, подергал, проверил. Держится, хотя и не идеально, при сильном ударе может соскочить, но для начала сойдет. Размахнулся пару раз для пробы и остался более‑менее доволен, бить можно, хотя замах получается корявый и сила удара не та, что с нормальной рукояти.
– Значит, план такой, – повернулся к охотникам. – Я рублю первый, потом как устану вы рубите, и надеемся, что когда устанут все, дерево уже будет лежать. Хороший план?
– Ты серьезно хочешь, чтобы мы рубили кактус? – Тарн покосился на дерево с нескрываемым сомнением. Странно, конечно, откуда он вообще может знать про кактусы, они же в пустыне растут. Хотя чему я удивляюсь вообще, в этом мире волосатая пиявка наполовину дерево, и кактус посреди тайги явно не самое экзотическое явление по местным меркам.
– Не кактус, а ценнейший строительный материал, – поправил я. – На самом деле, для обороны материал незаменимый, я лучше точно ничего уже не придумаю.
– А, ну тогда ладно, – Тарн переглянулся с Фальком, и оба заметно оживились. Аргумент про жил здесь работает безотказно, потому что жилы касаются всех, и когда дело доходит до защиты деревни, даже охотники готовы помахать топором.
Подошел к шиполисту на расстояние жерди и примерился. Ствол толщиной с мое бедро, может чуть толще, кора гладкая, бугорки едва заметные, а шипы уже успели спрятаться. Вложил Основу в топорик и ударил.
Лезвие вошло в дерево на ладонь, и в тот же миг ствол ощетинился. Шипы полезли отовсюду, длинные, с палец, блестящие и мокрые от сока, некоторые выстрелили так резко, что воздух свистнул. Один чиркнул по жерди, оставив на дереве глубокую борозду, будто когтем провели. Но руки мои были в полутора метрах от ствола, и шипы до них не достали, чего, собственно, и добивался.
– Ну и сволочь, конечно, – выдохнул Фальк, хотя он явно видел подобное уже не раз.
– Тварь не тварь, а рубить надо, – выдернул топор обратно, и из разруба потекла светлая жидкость. Шипы вокруг места удара торчали особенно густо, видимо защищая рану, и следующий удар пришелся прямо по ним. Основа сверкнула по лезвию, хрустнула по минерализованным наконечникам, два шипа отлетели, третий треснул, и топор снова вошел в древесину чуть глубже.
[Основа: 4/20]
Многовато уходит… Каждый удар с вложением Основы жрет прилично, а без вложения шипы просто не пускают, лезвие скользит по ним как по камню. Хотя, возможно, из‑за палки‑удлинителя такой расход, часть теряется пока доберется до лезвия. В следующий раз надо будет подготовить специальный инструмент уже.
– Тарн, держи, – протянул ему жердь с топором. – Бей прямо в тот же разруб.
Охотник принял конструкцию, покрутил в руках, примерился и рубанул. Удар вышел увереннее моего, все‑таки мужик здоровее и замах мощнее, а Основы в удар вложил щедро. Шипы вокруг разруба хрустнули и посыпались, а ствол треснул вглубь еще на пару пальцев.
– А ничего так! – оживился Тарн и врезал еще раз.
Дальше пошла работа. Рубили по очереди, каждый по два‑три удара, и Основы не жалели, потому что без нее и пытаться нечего. Шипы то и дело пытались достать, выстреливая в сторону ударов, некоторые вылезали прямо под рукой, но жердь спасала, и только благодаря этому никто не пострадал.
Через полчаса прорубились через защитный слой шипов, плотную кору и добрались до чистой древесины. А сердцевина и вовсе, оказалась куда мягче, чем я ожидал после всего этого сопротивления, рубилась охотно и без фокусов, шипы на прорубленном участке уже не вылезали, видимо подкорковые камеры были разрушены и выдвигаться стало неоткуда.
– А ствол‑то мягкий, – удивился Фальк, когда его очередь подошла.
Дальше дело пошло быстрее, потому что чем шире разруб, тем меньше шипов его окружает, и наконец дерево затрещало, накренилось и с глухим шуршанием рухнуло в подлесок. Ствол при падении ударился о землю, и шипы на нижней стороне мгновенно вонзились в грунт, так что бревно легло и тут же зафиксировалось намертво, будто пришпилилось к земле десятком гвоздей.