Мысленно нарек этот день субботой, независимо от того, какой именно день сегодня по календарю. Ну а что? Староста вышел работать, значит субботник, других объяснений не требуется.
– Показывай, – коротко обратился ко мне и подхватил с земли мой топорик.
Остальные постепенно начали возвращаться к работе, ну и я не стал тупить. Показал разметку, подождал, пока староста прицелится. Резкий выпад, росчерк света, и вот от заготовки отпадает идеально ровный кусочек, а на бревне остается шиповое соединение. Уж не знаю, как он умудрился за один удар сделать два реза, но кажется, мне надо тренировать глаза. Вдруг там два удара было, а я тут стою и моргаю.
И вот теперь дело пошло на лад. Каждое соединение отнимало у нас минут по пять, и да, большая часть времени уходила на поиск целей для старосты. Я показывал и объяснял, он рубил, и после каждого удара оставались идеальные срезы.
Причем не взлохмаченные спилы, через которые в древесину может просачиваться влага, а именно гладкие обрубки, как будто полированные. Мои пазы рядом с его выглядели так, будто их ковырял ребенок палочкой, но они тоже работать буду, просто у меня на них побольше времени и сил ушло.
Собственно, какой‑то там час, и вот у нас уже вырублены все углубления, соединения, чашки и все что надо для сборки рамки. Но рамку собирать пока не стали, ведь ее надо собирать сразу между столбов. Такая вот технология, потому что если собрать заранее, то мы потом эти ворота тупо не вставим в ложбинки на бетонном основании. Бетон штука неумолимая, миллиметр лишний и все, приплыли, начинай сначала. А тут и не миллиметр, углубления сантиметров по десять каждое.
– Ну все, теперь ждать, пока плотники закончат, – пожал я плечами, на что староста молча развернулся и пошел переодеваться. Задачу он на сегодня выполнил и отправился дальше бездельничать совершенно заслуженно. Почаще бы его к работе припрягать, уж больно полезным оказался, одна беда, деревней тогда будет рулить некому.
Дальше, пока остальные заканчивали с колючими бревнами, сбегал домой, взял бутылек с клеем, на всякий случай. Ну а что? Лучше лишний раз проклеить, вдруг сработает мое варево. А если не сработает, так хоть в будущем не буду тратить время на варку, корешки‑то еще остались.
Вернулся, и почти сразу начали монтаж. Поставили в ложбинки в бетоне два железных бревна, затем нижнюю распорку в пазы. Посмотрели, конструкция в целом прекрасная, все в размер. Верхнее бревно рамки тоже встало, попробовали покатать вверх‑вниз, конструкция почти не цепляется, только по мелочи подравнять. И даже не болтается, что самое удивительное, встала как родная.
– Твое удивление меня оскорбляет, – прокомментировал Ольд. – Я же рассчитывал.
– А эти строили, – указал я на мужиков из бригады заливщиков.
– Э, нам тоже обидно! – возмутились те, но в итоге заржали.
В общем, пока все занимались монтажом, я спокойно наносил на бревна руны. Разумеется, выжигал, ибо царапать на железном дереве это отдельный вид самоистязания, после которого пальцы скрючиваются в клешни и отказываются разгибаться до утра.
Узлов в руническом рисунке не так много, как хотелось бы, ничего особенного заметить не смог, никаких намеков на новые руны. Но оно и понятно, деревца молодые, Основой не перенасыщены как тот же голем. Хотя пиявка тоже молодой была, и ничего, это ей не помешало. Ну вот, видимо, тут как повезет.
Даже пропустил по одному из бревен побольше Основы, и какой‑то из узелков отличался от остальных, но слишком мелкий, не успел толком ничего разглядеть. В общем, накопители на поперечных балках рамки, восстановители на вертикальных, и это логично, ибо вертикальные будут постоянно елозить по бетону и со временем сотрутся, так пусть хоть восстанавливаются потихоньку.
Ольд уже хотел покрыть какой‑то жижей готовую рамку, мол, чтоб рыжью не покрылась, но я его вовремя остановил.
– Погоди, сейчас хоть закончу со своей работой, а то мешать будет.
Протянул соединитель от верхнего к правому боковому, и… в месте шипового паза соединитель повело. Попытался протолкнуть, потратил еще единичку Основы, но вышло настолько криво, что я искренне порадовался отсутствию Эдвина. Старик бы точно зарядил навозом и за шиворот напихал для закрепления эффекта.
А что если… Посмотрел на замерших внизу плотников.
– А давайте чуть разберем? Клеем промажу.
– Ага, железное дерево клеить, гениально, Рей, – Ольд показал большой палец. – Не майся хренью, давай строить уже. На скобы посадим, полосами железными укрепим.
– Не, клей особенный, надо пробовать, – помотал я головой. – Ты помоги подразобрать, а дальше уже посмотрим, надо ли это. Одно соединение, ради эксперимента.
– Ну одно ладно.
Ольд поднялся по лесам, помог выбить шип, дальше я капнул клеем из бутылочки из‑под сивухи и размазал пучком травы. Все, забиваем обратно! Ольд стукнул киянкой, и бревно встало как влитое, а по краям выдавило несколько капель черного клея. Положил ладонь, выпустил единичку Основы… и черная жижа с шипением впиталась в дерево.
– Да ну… – протянул Ольд.
– Ага… – не менее удивленно проговорил я.
Нет, не показалось. Два бревна действительно сплавились между собой, и интереса ради, пока Ольд пытался прийти в себя и мысленно прикидывал, какую бы цену предложить мне за такой клей, протянул соединитель в месте сочленения. И он прошел так, будто это не два бревна, а вполне себе одно! Сплавились на уровне Основы, не иначе.
– Да поделюсь, если что, жалко что ли. Мебель может сделаешь мне потом, как домом своим озабочусь, – похлопал Ольда по плечу.
– Поделишься, конечно, я иначе с тебя живого не слезу! – расхохотался Ольд. – А ну давайте работать! Разбираем все пазы, проклеиваем!
Все вокруг сразу засуетились, и ворота начали собираться в единую конструкцию в каком‑то невероятном темпе. Стук, крики, все это смешалось единым гулом, пока решетка закрывалась бревно за бревном.
– Ай, собака! – зашипел кто‑то из подмастерьев, потому что один из шиполистов решил показать характер и на последних каплях Основы высунул шип на пару сантиметров, но этого хватило, чтобы распороть ладонь работяги в кровь. Его сразу направили в лазарет, ведь рана глубокая, но работа не остановилась, просто теперь все стали аккуратнее.
Я же продолжал выжигать руны, и самым сложным оказалось вывести руну поглощения прямо на центральном бревне шиполиста. Основа нужна, сюда будут бить сильнее всего, а значит и на подзарядку всех бревен должно хватить.
Убил, пожалуй, час на это. Выводил как в последний раз, ведь это не глина, тут вторую попытку уже никто не даст. Из пальца тянулась тончайшая светящаяся нить, а за ней оставался обугленный след на поверхности бревна. Но по итогу даже смог добиться сносного качества нанесения, так что руна будет работать. Следом соединил с остальной сетью, нанес восстановители и накопители, и как‑то незаметно работа подошла к концу.
Руки еще тянутся к инструменту, мужики переминаются с ноги на ногу, а работать‑то больше нечего. Так и стояли в тишине, смотрели на башни, на закрытую решетку. Солнце уже склонилось к закату, и последние лучи осветили две монументальные башни, переход между ними, новые ворота. Все это даже издалека выглядит не просто надежно, а нерушимо.
Верхняя балка все еще в опалубке, подпорки переставили на перемычку меж башен, но она уже схватывается, я чувствую. Еще немного, и выдержит собственный вес, а там уже и доски можно будет снять, и ролики нагрузить.
– Жопа этим Жилам будет, – проговорил кто‑то из толпы.
Обернулся, а тут чуть ли не вся деревня собралась. Даже Хорг присоединился и смотрит не на башни, а на меня, причем с нескрываемой гордостью.
Я обвел взглядом все разом, башни, решетку, толпу, и в этот момент по груди прокатилась волна тепла, от которой перехватило дыхание. Жар расползался от центра к ребрам, скатывался по рукам, и легкое покалывание быстро переросло в жжение. Будто кто‑то плеснул кипятка прямо под кожу, и теперь он ищет выход, давит изнутри, рвется наружу через каждую пору.
[Внимание! Объем Основы превышает текущий максимум хранилища]