Правда ли это? Никаких доказательств собственными глазами ни Рей, ни я не видели, а значит принимать байки за достоверный источник я не намерен. Тем более, что если собрать все эти истории вместе и попытаться нарисовать общую картину, получается полная ерунда. Мертвецы, гарпии, лесные чудовища и что‑то ещё, от чего сами чудовища бегут к нам. По такой логике человечество вообще не должно существовать, кругом одни смертельные опасности, и размножаться бессмысленно, всё равно сожрут раньше, чем дети вырастут.
Ладно, с противником разберёмся по ходу дела, а пока будем исходить из того, что знаем: враг не человек, тактике не обучен, нападает в лоб. Это, как ни странно, упрощает задачу, потому что не надо закладывать защиту от хитрых обходных манёвров и подкопов. Хотя закладывать всё равно буду, потому что лишним не бывает, а недостаточным бывает слишком часто.
Так, теперь по материалам… Деревянные конструкции сразу идут лесом. Как минимум потому, что от них толку в обороне чуть больше, чем от хорошо написанного ругательства на заборе, а как максимум, мне надоело строгать. Руки ещё помнят все эти обвязки, врубки и шиповые соединения, и воспоминания не из приятных. Дерево хорошо для вышек, для крыш, для перекрытий, но несущие стены оборонительной башни должны быть из чего‑то существенно более твёрдого.
Первый вариант, ракушечник. Пойти нарезать блоков, тем более, что староста обещал предоставить любую помощь и материалы, так что пусть предоставляет, за язык его никто не тянул. Отправит бригаду резать и возить, а мы с Хоргом тем временем зальём фундамент, выложим стены, перекрытия сделаем деревянные, оставим бойницы, и готово. По идее, самый быстрый вариант из всех возможных.
Хотя «по идее» и «на практике» разделяет пропасть. Известняк, который я нашёл, мягкий, крошится в руках при минимальном усилии, и стена из такого материала не выдержит даже одного хорошего удара практика. Да, из него строили, понимаю, в моём прежнем мире целые города из известняка стояли веками. Но это другой мир, и я своими глазами видел, на что способен Кейн одним ударом граблями. А твари из леса, уверен, способностями не обделены и вряд ли будут вежливо стучаться в дверь.
Второй вариант, камень. Чтобы тесать каменные блоки, нужны люди, которые голыми руками кромсают валуны на ровные куски. Гундар справился бы, Кейн тоже, но…
– Ты чего тут расселся?
Поднял голову и обнаружил Гундара, стоявшего в трёх шагах. Лицо суровое, как обычно, меч на поясе, руки скрещены на груди.
– О, как раз вовремя! – обрадовался я, и Гундар на это вздрогнул, потому что мою радость при виде его персоны он явно не предусмотрел. – Каменных блоков бы нарубить, Гундар, для башен. Ты с Кейном прекрасно бы справился, у вас же Основа, руки крепкие, раскрошите валуны на раз‑два, и нам с Хоргом останется только сложить стены.
Гундар некоторое время смотрел на меня, видимо не мог нарадоваться такому заманчивому предложению и думал, как бы ему поскорее согласиться.
– Могу сделать доброе дело и дать тебе по башке так, чтобы ты до Кейна не добрался со своими предложениями, – произнёс он совершенно ровным голосом, без тени улыбки, без раздражения, просто констатируя факт. – Охотники сейчас в разведке, все до единого. А мне надо за оболтусами присматривать и порядок держать. Нет, Рей, разбирайтесь с Хоргом сами, нужно что‑то серьёзное, идите к старосте, но на меня не рассчитывайте.
– А если староста прикажет? – улыбнулся я.
– Тогда поговорим. А пока не прикажет, у меня своих забот выше частокола. – Гундар развернулся и зашагал к караулке, но на полпути обернулся. – И не вздумай подкатывать к Кейну, когда он вернётся. Он после разведки злой как медведь, и идеи про каменоломню оценит куда менее сдержанно, чем я.
Ну что ж, замечательно. Вариант с камнем отпадает, по крайней мере в ближайшее время, а с ракушечником остаётся под вопросом. Хотя для ракушечника не нужна сила практика, хватило бы подходящей пилы и нескольких пар рук, плюс телеги для доставки. Но пила нужна специальная, с крупными зубьями, которые не забиваются известковой пылью, и такой пилы у нас нет, а заказывать у Борна означает потерять время, которого и так в обрез.
Собственно, ракушечник проигрывает кирпичу ровно одним пунктом: доступностью. Глина есть везде, бери лопату и копай, а подходящий карьер для камня ещё поищи. И даже если рядом с деревней таких залежей хватает, всё равно останется проблема транспортировки, резки и обработки. С кирпичом проще: вылепил, обжёг, положил в кладку, никаких приключений.
Зато по конечному результату кирпич выигрывает с разгромным счётом. Да, это дольше, да, требуется много дров для обжига, но ракушечник вряд ли получится напитать Основой по‑настоящему, только какие‑т крохи во время кладки. А кирпич можно мучить хоть на каждом этапе, от копки глины и до установки в кладку. Месишь глину, вливай Основу. Лепишь заготовку, вливай. Обжигаешь, тоже вливай, через ручку на горне, минуя потери в грунте. Укладываешь в стену, опять. Четыре этапа, четыре порции Основы, и каждая из них усиливает конечный продукт.
Плюс у меня теперь два горна, и второй, с руной внутри и ручкой для прямой подачи энергии, ещё толком не проверен в деле. Может, там запредельные показатели, и каждый обожжённый в нём кирпич будет отпугивать вражину одним своим присутствием в кладке. Рассчитывать на это глупо, но надеяться никто не запрещает.
Так что всё, выбора по существу и нет, остаётся кирпич.
Обжигать в обоих горнах, работать в две смены с Суриком, благо мальчишка уже знает процесс и справляется без постоянного присмотра. Глину подтащат помощники, которых обещал староста, дрова привезут за счёт деревни, и мне останется лепить до полного посинения, пока не упаду лицом в формочку для кирпича. Которую, кстати, надо бы слепить и обжечь отдельно, и лучше сразу несколько штук про запас, чтобы потом не отвлекаться.
При двух горнах, если крутиться как белка в колесе и не тратить время на сон, еду и прочие никчёмные радости жизни, можно выдавать штук сто пятьдесят кирпичей в сутки. На одну башню уйдёт, по самым грубым прикидкам, около двух тысяч. Четыре башни – восемь тысяч кирпичей. Делим на полторы сотни в день и получаем… пятьдесят три дня чистого обжига. При условии, что ничего не пойдёт наперекосяк. И это если класть в один кирпич, да и размеры в таком случае будут совершенно скромными.
Месяц, ага, ну конечно. Кральд велел уложиться за месяц, а месяц это тридцать дней. Пятьдесят три – это не тридцать, это почти два месяца, и между этими числами лежит разница, которая при определённых обстоятельствах может стоить головы. Причём в буквальном смысле.
Но горны можно построить дополнительные, промышленного масштаба. Не маленькие дворовые печки, а серьёзные конструкции, которые за один цикл выдают столько кирпича, сколько мои нынешние горны производят за неделю. Глины хватит, рук хватит, если староста выполнит обещание, а с дровами и вовсе проблем не будет, деревня окружена лесом, и единственное ограничение – скорость рубки.
Встал с чурбачка и, сам того не заметив, принялся расхаживать по площадке перед воротами, то останавливаясь, то бормоча что‑то вслух, то разводя руками перед пустым пространством, как полоумный. Стражники у ворот косились на меня с понятным опасением, но подойти не решались, может потому что знали, кто я, а может просто из здравого расчёта, что связываться с бормочущим человеком благоразумнее всего на расстоянии.
А мысль уже ушла дальше. Кирпич – это хорошо, это прочно, но если вспомнить кое‑что из прошлой жизни, можно сделать куда надёжнее. Монолитная кирпичная конструкция, а точнее бетонный каркас с кирпичным наполнением!
Словосочетание само всплыло в голове, и от него по спине побежали мурашки, потому что за ним стоит совершенно другой уровень строительства. Не просто стена из отдельных блоков, сложенных на растворе и держащихся друг за друга силой трения и швов, а единая цельная конструкция, в которой кирпичная кладка работает как облицовка, а всю нагрузку держит армированный прочнейший бетон.