- Как насчет того, чтобы сразиться с кем-нибудь равным, ну, хотя бы по росту? – поинтересовался гном.
Оба заклинателя ринулись в атаку. Эта битва больше походила на шоу фейерверков Штормграда, разноцветные вспышки магии метались во все стороны. Заклинания нежити имело большую разрушительную силу, но ловкий маг умудрялся оставаться невредимым и посылать все новые и новые ледяные вспышки на врага. Наконец, Ариус провел прекрасную серию атакующих действий. Сначала он поразил чернокнижника заклинанием безмолвия, после чего неспособный защититься отрекшийся был закован в ледяную ловушку. В два быстрых прыжка Ариус оказался за спиной врага, и ледяной удар обрушился на последнего, сбивая с ног. В следующее мгновение с устрашающим рыком на нежить бросилась пантера, стиснув зубы на его горле, и еще через секунду голова чернокнижника была отделена от туловища.
- Фу, - поморщился гном, устало опускаясь на землю, - тебя мама не учила, что нельзя брать в рот всякую гадость?
- Да брось, я не ел уже трое суток, с такого голода все пойдет, - в тон ему усмехнулся Элрон. Затем улыбка погасла, и эльф без каких-либо эмоций произнес. - Что ж, поздравляю, мой друг. Мы сделали это...
... Глея и Лео кинулись к телу Жреца. На глазах казавшейся такой физически и морально сильной эльфийки выступили слезы. Ангел становился все прозрачнее и обещал в скором времени раствориться в воздухе.
- Гром, - крикнула охотница, - скорее сюда, исцели его!
- Брось, Глея, мертвых невозможно исцелить, - тихим голосом проговорил подошедший Драго. Он склонился над Жрецом, с горечью вспоминая все битвы, в которых они сражались плечом к плечу и всегда могли спасти друг друга. К сожалению, в этом бою воину не удалось отразить удар, ставший смертельным для старого друга. Светловолосый эльф вдруг вспомнил, будто из прошлой жизни, как Жрец на корабле, переправляющем путников из Менетила в Штормград, сказал: «Признаюсь честно, друг мой, в ближайшие несколько десятилетий я бы не хотел проверить, обладаю ли я такими способностями»…
Вот в чем был секрет его слов. Эта способность - спасительный ангел, проявляющая себя лишь после смерти целителя. Внутри что-то предательски содрогнулось, и неуверенная слеза покатилась по окровавленной щеке Драго...
Раздумья его были прерваны голосом Лео.
- В детстве я слышал множество легенд о воскрешении. Они гласят, что опытный и могущественный шаман может воскресить умершего, пока душа окончательно не покинула тело. Если бы они были правдой…
- Это возможно? - в голосе Глеи послышалась надежда.
- Хм, как сказать, - замялся Лео, - душа обычно покидает тело за несколько мгновений, на ритуал воскрешения требуется гораздо больше времени.
- Лео, какого дьявола ты стоишь без дела! - взревела охотница, - ты что, не видишь что его душа до сих пор здесь? - она указала на исчезающего ангела.
- Во-первых, где доказательства, что это его душа, никто не знает, как она выглядит, - Лео пожал плечами. – А во-вторых, я же сказал могущественный шаман. Я похож на такого? Я знаю как это делается только по старым легендам...
- Лео, - голос Глеи стал подозрительно мягким, но в нем чувствовалась такая угроза, что шаману больше всего захотелось провалиться сквозь землю, - если ты сейчас же не начнешь свой ритуал, я возьму лук, и воскрешение потребуется тебе самому!
Судя по всему, сомневаться в намерениях эльфийки не приходилось.
- Я попробую, - пробормотал Лео, поспешно добавив, - но ничего не обещаю!
И, неуверенно подняв руки, шаман начал свой ритуал, взывая к духам предков, прося их помочь вернуть душу Жреца обратно в его тело...
Лео глубоко вдохнул и закрыл глаза. Сейчас он чувствовал себя немного глупо, ведь делал то, о чем не имел ни малейшего представления. Как заставить духов предков говорить с тобой? Со стихиями все гораздо проще. Стоит лишь закрыть глаза, уловить дуновение ветра, и вот уже слышны отдаленные голоса духов воздушной стихии. Но нет, конечно же, сейчас все кажется столь простым, но даже этому умению шаманы учатся с детства, и не всем дано его постичь. Сейчас Лео не за что было зацепиться. Он просто следовал инструкциям, которые слышал в легендах, всегда казавшихся лишь сказками для молодых дренеи. Отвлечься от всего, сконцентрироваться лишь на погибшем, постараться уловить какие-либо признаки того, что вокруг витает его душа. Душа... Лео вспомнил рассказ своего деда. "Душа-это та самая ниточка, позволяющая связаться с миром духов, находящихся по ту сторону жизни"... Лео вспомнил эти слова так ясно, будто дед и сейчас сидит рядом и, поглаживая длинные щупальца, растущие из его подбородка, вещает старинные легенды. Что если Глея права, и в этом прекрасном светлом ангеле еще живет частичка души Жреца. Лео настолько погрузился в воспоминания, что реальность перестала существовать для него. Сам того не понимая, юный шаман сделал именно то, что должен был - погрузился в то самое неведомое измерение нематериального, именно здесь грань между возможным и невозможным абсолютно стиралась. Лео обратил свои мысли в сторону слегка мерцающего светлячка, именно таким юному дренеи представлялся сейчас ангел, который еще недавно парил над полем битвы и казался огромным и невероятно могущественным. Лео вдруг ощутил тонкие ниточки, связывающие ангела с материальным миром - это были следы от недавно сотворенной им магии. Шаман все глубже и глубже погружался в это измерение, и вскоре картина стала настолько ясной, будто Лео открыл глаза и осмотрел лица своих друзей. Только сейчас не было вокруг ни степей, ни друзей, ни поверженных врагов. Он парил в некой пустоте, которую все же нельзя было назвать таковой. Повсюду кружили десятки, а может сотни разноцветных огоньков. Несколько десятков огней уносились вдаль, за ними тянулись лишь едва заметные следы, словно исчезающие искорки падающей звезды. Где-то внизу огни полыхали и трепетали, от них исходили волны эмоций: страх, отчаяние, горечь утрат контрастировали с радостью и облегчением... Но Лео некогда было отвлекаться. Он обратил свой мысленный взор туда, где мерцал самый светлый огонек. Он, как и десятки других, порывался отправиться вдаль, но исходящие от него тонкие ниточки тянули вниз. Они становились все слабее, и вот светлячок уже готов был освободиться. Но Лео не мог этого допустить. Чувство непередаваемой связи с этим миром было достаточным для того, чтобы юный шаман мысленно отвлекся от всего и воззвал к духам, витающим в этой реальности. Духи в мире духов - что-то безрассудное, но завораживающее...