Я вошел в Храм и увидел, что ничего не изменилось с последнего раза, когда я бывал здесь: все та же зеленая трава под ногами, те же разноцветные деревья и тропинка, ведущая к огромному фонтану, выполненному в виде жрицы, в десяток раз превышающей рост любого эльфа. Она, на вскинутых к небу руках, и по сей день держит светящуюся чашу, с которой голубая вода, отдающая ярким магическим сиянием, стекает к основанию фонтана. Вокруг этого дивного творения эльфийских чар наблюдалось мерцание, будто фонтан окружали десятки паривших в воздухе маленьких голубых светлячков... Ну да я отвлекся. У фонтана сидела зеленовласая эльфийка в сиреневой мантии, украшенной изображениями листьев одного из многочисленных ашенвальских деревьев. Ее глаза светились глубоким белым светом. Конечно же, я сразу узнал ее. Это была она, Астария, мой наставник.
Я замер на месте в поисках слов, которые хотел бы произнести сейчас, но она опередила меня. Подняв кристально чистые глаза на меня, эльфийка заговорила голосом, который напоминал скорее прекрасную песню.
- Ам’Мет? - с удивлением в голосе спросила жрица.
Я содрогнулся, услышав свое эльфийское имя. Мое простое и привычное прозвище, просто Жрец, настолько прижилось, что я действительно забыл, что когда-то у меня было настоящее имя, данное мне здесь, на родине.
- Просто Жрец, - сказал я первое, что пришло мне в голову, и сейчас понимаю, что это, наверняка, прозвучало глупо. Затем, стремясь сгладить неловкость, я опустился на одно колено и произнес: "Астария, моя наставница, я очень рад видеть тебя после стольких лет".
Лицо эльфийки озарила очаровательная улыбка.
- Это действительно ты. Я ни с кем не спутаю ту магию, которая исходит от тебя. Хотя внешне ты, конечно же, очень изменился. Я помню тебя совсем юным эльфом. Что привело тебя сюда, я думала, что ты отправился в Восточные Королевства? А оттуда, на моей памяти, эльфы, особенно целители, возвращались крайне редко.
- В моей голове столько историй, большинство из которых полузабыты, - отвечал я, - даже не могу предположить, с чего начать мой рассказ о своих приключениях по ту сторону Великого Моря.
- Что ж, - Астария загадочно улыбнулась, - тогда позволь мне увидеть все самой.
- Как..., - начал, было, я, но тут же осекся.
Мою голову вдруг заполонили воспоминания, причем настолько ясные, что я не мог и предположить, что помню события давно минувших лет в таких деталях. Неведомым образом Астария вторглась в мое сознание, и сейчас передо мной пробегала вся жизнь. Вот я путешествую по направлению к Штормграду, вот сражаюсь с монстрами, встретившимися на пути в Болотине, вот мерзну в снегах Дун Морога, вот передо мной величественный Стальгорн... Воспоминания проносились в моей голове с необычайной скоростью, но вскоре видение замедлилось. Передо мной открылась картина первой битвы в составе воинов Альянса. Тогда мы, новички, под командованием опытных бойцов, были отправлены на простое задание по защите Приозерья от нашествия ордынских кочевников. Это был период, когда всё, на что я направлял свои усилия, было познание темной магии. Я видел себя сражающимся и жаждущим уничтожить как можно больше врагов, чтобы получить признание штормградцев. Вот человек-воин бросается ко мне, чтобы преградить путь орку, который занес надо мной топор для смертельного удара. Незнакомец спас мне жизнь, но на него тут же набросился другой враг, а я лишь отвернулся, чтобы добить другого, обезвреженного мною врага...
Я был поражен увиденным. Мне казалось, что я совсем не помнил той битвы. Воспоминания продолжали плыть перед глазами и рисовать ужасные картины моих первых сражений. Затем картинки сменялись быстрее, вот я уже настолько овладел секретами использования магии тьмы, что сам стал излучать ее, принимая Облик Тьмы, как называли это явление. Глядя на то, как я стремился уничтожать, вовсе не заботясь о судьбах окружающих меня воинов, я удивлялся самому себе. Ту часть своей жизни, которую я отчетливо помнил, я старался исцелять. Конечно, бывали и приступы гнева, когда всю свою магическую энергию я направлял на уничтожение противников, но та жестокость, которую я видел в своих воспоминаниях, казалось, была мне чуждой…
Затем видения становились менее ужасающими: после ряда битв, в ходе которых я то и дело оказывался на волосок от гибели, я принял решение искать баланс между светом и тьмой, выступая в бою скорее как целитель, чем боевой маг. Следующая цепочка воспоминаний уже не заставила удивляться, все это я помнил и без магического вмешательства...