Чем дальше ты идёшь по этому пути, тем больше уходишь от самого себя, тем сильнее разочарование в конце пути, тем горче осознавать, что ты не достиг желаемого. Ты чего-то достиг, чего не смогли достичь другие, но ты не достиг того, что подарило бы тебе ощущение спокойствия и умиротворённости. Ты имеешь много денег, но не можешь купить время. Ты имеешь власть над людьми, но не можешь купить время. Ты имеешь и деньги, и власть, но НЕ МОЖЕШЬ КУПИТЬ ВРЕМЯ. Ты стоишь на вершине, но не можешь спуститься – тебе статус не позволяет этого сделать. Ты владелец завода, но не можешь бухнуть вместе со своими подчинёнными – статус не позволяет. Или подчинённые потеряют субординацию, или ещё что-то. Ты ничего из себя не представляешь, но когда ты сидишь где-нибудь в приёмном окошке какой-нибудь госконторы, тут ты царь и бог перед обычными людьми. Даже мелкие божки тебе не указ. Ты можешь с ними разговаривать сквозь зубы, можешь в рамках дозволенного обращаться с ними как с плебеями. Ты можешь так разговаривать с любым, пока сверху не придёт «особое» указание. Они никуда не денутся. Им, чтобы жить в государстве нужно от тебя получить эту грёбанную бумажку. Ты насыпаешь в кормушку? О, тут ещё больше возможностей показать свою собственную значимость. Тут без унижений не обойтись. Ты главный контролирующий орган? Ты всегда можешь найти до чего докопаться. Всегда есть возможность упереться в букву закона, всегда можно придумать вариант собственного толкования и тебе ничего не сделают, ведь от твоей подписи зависит примут изделие в эксплуатацию или нет. А ВРЕМЯ ты всё равно не сможешь купить. Время, которое ты расходуешь на эти игры. Время, когда ты не принадлежишь себе ты вернуть не сможешь. Вирус настолько въедается в тебя, что ты не можешь подарить ребёнку счастливое детство. Ведь по сути, только перед ребёнком у тебя исключительное чувство значимости. Он твой полноценный раб, стоит тебе только щёлкнуть пальцами. Если ты уедешь с ребёнком в лес, где нет цивилизации ты вообще можешь вырастить из него настоящего раба. Тебе никто не сможет помешать это сделать – только твоя совесть.
Теперь вернёмся к отношениям мужчины и женщины. Посмотри. Сначала женщины были никто и звать их было никак. По мере накопления общественного интеллекта они поняли, что они ничуть не хуже мужчин. Но они не могли о себе заявить пока были разрозненны. Они стали сбиваться в группы и бунтовать. Добились равноправия. Окей. Но пока работает вирус чувства собственного превосходства, так долго продолжаться не могло. Кто-то должен быть выше. И у мужчин в этом случае была фора. Они уже были долгое время в превосходящей позиции. И давай честно признаем, у мужчины больше возможностей в выборе профессии. При желании мужчина может делать всё, что делает женщина, за исключением одного – рожать детей. Вот они болтик и гаечка. Не будет болтика или гаечки – не будет человеческого рода. Значит эту тему трогать нельзя. Но рядышком походить можно. Как можно получить превосходство? Правильно. Либо зарплатой, либо важностью работы. Пусть ты, женщина, директор предприятия, но ты не можешь поднять 150 килограммов, ты не можешь целый день наравне с мужчиной провести в шахте, добывая полезные ископаемые и т.д. А уж ребёнок и подавно ничего без родителей не может. Если бы не было любви (а её не было в диких племенах, в первобытном обществе), то на первое место выходит физическая сила. Слабый мальчик – всё равно что баба, не заслуживает внимания. Сильный мальчик – будь сильным, но не пытайся быковать против вождя племени. Вождь дал слабину, самый сильный становится вождём и всё повторяется. Этим и объясняется, что не так много «вождей» в мировой истории занимались народом. И ещё меньше «вождей» занимались народом искренне. Скорее занимались по принципу: здоровый раб принесёт больше пользы, а чем больше пользы он принесёт, тем больше значимости я могу добиться. Равноправие и вирус чувства искажённой исключительной собственной значимости несовместимы. До тех пор, пока существует вирус, равноправие будет лишь временным, затишьем перед бурей.