Масонский заговор, тайные общества, кучка людей, которые управляют Землёй – это всё результат работы этого вируса. Возможно, эти общества существуют. В этом мире всё фантастическое, что связано с человеческой деятельностью может существовать. Но я сейчас немного о другом результате работы вируса. Иногда мозг человека пробуждается. Мозг буквально кричит – тобой управляют. Но кто? Мозг не успевает сказать. Вирус начинает действовать, подсовывает тебе некое «тайное» общество. А тайные общества как раз и могут существовать по этой причине – а давайте САМИ создадим своё тайное общество и будем управлять людьми, городами, странами. Но помнишь, я писал про критическую массу? Чем больше давление, тем сильнее сопротивление. И однажды оно переходит в открытую враждебную форму. Только социум, только семья спасает от окончательного разрушения личности.
И вот ещё какой момент. Я не могу тебя вылечить. Я не могу сделать универсальное лекарство. Ты уникален. Даже у однояйцевых близнецов при всей их похожести разные отпечатки пальцев. Твой вирус тоже уникален. Только ты можешь себя вылечить. Только ты можешь придумать себе лекарство. Только ты отвечаешь за своё лечение и выздоровление. Кому-то это будет легче (вирус не такой сильный), кому-то тяжелее (вирус размером даже не со слона, а с динозавра). Но вода камень точит. Не сможешь ты, смогут твои дети. Смогут, если ты начнёшь. Помогут тебе, если ты начнёшь и научишь их. Помогут единомышленники. Вместе работа всегда спорилась быстрее. Достаточно понять, что этот вирус самый настоящий наркотик, достаточно признать, что в том возрасте, когда ты не умел защищаться тебя подсадили на этот наркотик и ты стал умственным наркоманом.
Напоследок давай расскажу тебе небольшую причту. Мудрец выступает перед аудиторией. Он достаёт слиток золота и спрашивает: «Кто хочет этот слиток?». Все подняли руки. Тогда он говорит: «Я хочу отдать этот слиток кому-нибудь из вас, но перед этим я кое-что сделаю». Он взял слиток и погрузил его в дерьмо. Он достал грязный вонючий покрытый дерьмом слиток и спросил: «Кто теперь хочет этот слиток?» И снова все подняли руки.
Мораль сей басни такова: Слиток не потерял ценности. Истинная ценность не снаружи, не зависит от того, где вы находитесь, не зависит от вашей одежды, от ваших званий, от ваших заслуг. Нет ни одного аргумента, который смог бы повысить или понизить вашу ценность, если она у вас есть.
Но давай развивать ситуацию. Если бы мудрец попросил слушателей выбрать, кому дать этот слиток? Аудитория сразу разделилась бы на два слоя. Одни хотели бы получить этот слиток, хотели бы явно, неприкрыто. Другие тоже хотели бы, но тихо отошли бы в сторонку.
Сначала займёмся теми, кто отошёл в сторонку. Они сразу посчитали, что они недостойны этого слитка, сразу посчитали себя менее значимыми. Часть этой части уже рабы, уже ведут рабское существование. Они уже сдались. Они просто не верят, что этот слиток им достанется. Они вообще не готовы бороться, от слова никак. Ещё часть этой части готова бороться внутри этой части. То есть готовы порвать более слабого, но сразу уступили место более сильным. Часть затаилась (серые кардиналы) – пусть сильнейшие перебьют друг друга, а уж с одним сильным разобраться легче, чем с толпой сильных. То есть он прикидывается бедной овечкой, но с лёгкостью ударит в спину ради слитка золота. В любом случае, в тех, кто отошёл в сторону открытой борьбы не будет. Будет закулисная.
Теперь посмотрим на тех, кто включился в борьбу за золото. На что они будут давить? На детей, на больных родителей, на всё низменное, что способно вызвать жалость или побудить сделать благой поступок. Рано или поздно, этот спор превратится в драку. Чем ценнее «приз», тем больше шансов на реальные физические убийства.
Но что если мудрец предложит разделить слиток золота на равные части и всем раздать одинаковые кусочки золота, каждому одинаковый кусочек золота? Бόльшая часть из тех, кто отошёл в сторону, оживится. Серому кардиналу поплохеет. Он начнёт хитрую закулисную игру и попытается убедить мудреца, что это глупый поступок. Он заронит семечко и его тут же подхватит группа тех, кто желает золота и готов за него «побороться».