Падма только слабо улыбнулась и кивнула, незаметно для Уизли.
— Пошел ты, Стоун, — все-таки внятно прошипел рыжий, — И твоему маленькому другу нельзя быть на Бале.
— Твои сведения устарели, Уизли, — со всей возможной надменностью, сказал я, — Моему другу, — я кивнул на щелкающего фотоаппаратом второкурсника, — дал разрешение на посещение Бала сам директор. А вот кто пустил тебя — мне непонятно.
Уизли ринулся на меня, с явным желанием заехать мне по лицу. Такого допустить я не мог, как бы я тогда пошел на Бал с измазанными в крови кулаками? Но калечить Уизли не пришлось — вовремя подошедший сзади Гойл спас рыжего от самой большой глупости в его жизни.
— Прячешься за спиной этой гориллы? Трус, — злобно сказал Уизли, Гойл прищурился.
— Не смешите меня, мадмуазель, — издевался вовсю я, — С тобой справиться даже шестимесячный младенец. А вот за труса тебе придется ответить. Но после Бала. Не хочу испачкать свою чистую, ДОРОГОСТОЯЩУЮ мантию твоей грязной кровью. Забавный парадокс, ты из семьи чистокровных, а кровь все равно грязная.
Вокруг уже давно собрались другие ученики, привлеченные шумом. Слизеринцы дружно засмеялись. А Уизли, кажется, пришел в окончательное бешенство. Добил его очередной щелчок фотоаппарата. Рыжий предпринял очередную попытку разбить камеру, и у него бы получилось, но тут пришел Снейп.
— Что тут происходит? — холодно спросил он.
— Сэр, — тут же ответил, — Уизли пытался разбить фотоаппарат Кларка, — я кивнул на принявшего обиженный вид второкурсника.
— Минус двадцать баллов с Гриффиндора, — мгновенно последовали репрессии, — Уизли, завтра зайдете ко мне, получите взыскание. Расходитесь, Бал сейчас начнется.
Оставив красного, как рака, Уизли за спиной, я вместе с Трэйси подошел поближе к входу. Стоящий рядом Малфой внезапно круглыми глазами уставился мне за спину. Я повернулся и на секунду растерялся: по лестницу вместе с Крамом спускалась какая-то красивая девушка. Присмотревшись, я узнал Грейнджер. Вот тут сдержать удивление у меня не получилось. И ЭТО — замухрышка, гриффиндорская выскочка?! Гадкий утенок вдруг стал лебедем. Да еще с Крамом. Сколько девушек за ним все эти дни бегали, а он выбрал Грейнджер, как будто знал, какая красота в ней прячется….
Так, собрался. Подумаешь — накрасилась и причесалась Грейнджер. Что с того? Надо выглядеть невозмутимым. Жестами и глазами указал фотографу на Грейнджер. Сдается мне, ее фотографии хорошо разойдутся. Парочку подарю Малфою, вон как на нее смотрит, ха-ха-ха.
Наконец, объявили начало Бала и первыми в Большой Зал вошли Чемпионы со своими парами. Они и открыли Бал, исполнив первый танец. Постепенно к ним стали присоединяться и остальные учащиеся. Дэвис увлекла меня к танцующим. Да, кое-чему я научился, надеюсь, не ударю в грязь лицом. Обняв Трэйси за талию, мы закружили в танце. Вела она, разумеется, я не сопротивлялся. Раньше я и не подозревал, насколько это приятно — танцевать с красивой девушкой. Чувствовать под рукой нежную кожу, вдыхать аромат ее волос…. Проклятые гормоны!
Глубоко вдохнув и успокаив расшалившуюся фантазию, я продолжил танец. Дэвис, видимо, правильно растолковала мои действия, так как хитро улыбнулась и ускорила темп танца. К своей чести, я ни разу не наступил ей на ноги. В отличие от Уизли, если судить по сморщенному лицу Падмы. Где-то рядом я сквозь музыку слышал бешеные щелчки фотоаппарата, что так же радовало. Танец внезапно закончился, и сияющий директор пригласил всех к столу. Я, как и полагается галантному джентльмену, допел Дэвис до ее места за руку, отодвинул ей стул и сам сел рядом. Большинство парней поступило точно так же, но нашлись же невоспитанные личности. Столики стояли небольшие, вместо ежедневных факультативных, по двенадцать человек. К нам с Трэйси присоединился Малфой, Нотт и Блэйз, все с парами, разумеется. Крэбб и Гойл были вынуждены со своими парами (шестикурсницами, между прочим! вот тебе и бестолковые гориллы!) сесть за другой стол. Чемпионы, конечно же, сели рядом с судьями.
На столах еды не оказалось, а только пустая посуда и какие-то таблички возле каждой из тарелок. На этих табличках был написан список блюд. Не составило труда догадаться, что это меню.
— Эскалоп с пюре, — наугад назвал я блюдо из меню, и тут же в тарелке появилось запрашиваемое.
Увидев, как теперь работает система подачи еды, тут же уткнулись в свои меню и остальные ученики. Через минуты столы уже были завалены едой, как и полагается в праздники. Негромко играла музыка, и было приятно беседовать за трапезой с однокурсниками. Малфой похвалил меня за удачный разговор с Уизли, со смаком описывая его пропустившим все Забини и Нотту. Блэйз продемонстрировал отличное владение магией, превратив сок в наших стаканах в красное вино. Вот это было очень кстати. Через тридцать минут из-за столов встали первые пары, желая продолжать танцевать. Дэвис потащила меня на середину Зала, я не сопротивлялся. Немного хмеля в голове от выпитого вина, красивая девушка в моих объятиях, веселая музыка и грядущая прибыль — все было хорошо. Лучшее Рождество в моей чертовой жизни!