"А может быть, всему виной ссора с Лэттис?", – подумал Эруаль, но вслух ничего не сказал.
– Учитель, прежде чем вы уйдете, могу я задать вам один вопрос? – осведомился принц.
– Спрашивай, – Витек устало взглянул в его глаза.
– Это касается принца Хевингема, и это очень меня беспокоит, – признался Эруаль. – Допустим, у нас все получится, и трон Кампанелы достанется мальчику. Но мы не подумали, как к этому отнесется мой отец. По сути, его ближайший советник и его родной сын разрушат придуманный им план оставить Кампанелу без официального правителя и без единства. Мы не только расстроим планы моего отца, но и собственными руками уменьшим шансы на победу в этой войне Лавандины. Боюсь, он очень разозлится.
– А что, ты предлагаешь бросить на произвол судьбы этого ранимого подростка? – холодностью и недовольством наполнился мягкий голос Витека. – Безусловно, он обладает кое-какой информацией о Кампанеле и знает, какие интриги плетутся при дворе, но он не понимает, как с выгодой для себя использовать все это. Такой противник, как Варлам д' Аруэ, ему одному не по зубам. А Элебрут, раз он так умен и хитер, придумает еще что-нибудь. Кстати, хорошо, что ты напомнил мне о Хевингеме. Я должен немедленно ехать в Лавандину, чтобы узнать там о судьбе моего друга, который может нам помочь.
– Вы имеете в виду Клавелия Мудрейшего?
– Ты догадался?
– Еще тогда, когда вы упомянули о нем при принце. Если вам тяжело, я могу съездить в Лавандину вместо вас.
Витек хотел уже согласиться, но вдруг вспомнил слова Лэттис о том, что там неспокойно и, не желая подвергать опасности жизнь своего ученика, вынужден был ответить отказом. Он быстро оседлал своего коня и отправился в Лавандину сам. А Эруаль, вопреки обыкновению, отправился в свою комнату и сразу лег спать. Теперь он искал общества Голоса. Будучи темным эльфом, тот много знал о своих сородичах и их привычках. Эруаль тоже хотел знать о них все. И делать наоборот.
Лэмар, как всегда, появился в своем любимом темном углу. Начал он с того, что поздравил Эруаля с успешным примирением с Витеком.
– Вот видишь, я же говорил, что темные обязательно найдут общий язык. Ты всегда ладил с Витеком. Вот, и со мной тоже поладил.
– Да я по природе неконфликтный. Со мной легко общаться, – задумчиво откликнулся Эруаль. Еще прошлой ночью он и предположить не мог, что будет так спокойно общаться со своим поздним гостем, на которого раньше бросался, при звуках голоса которого раздражался и от слов которого у него начиналась истерика. И было как-то непривычно странно как равному отвечать этому темному эльфу.
Как только Эруаль поверил Лэмару, тот перестал запугивать его. Он понял, что достиг своей цели. Принц больше не отвергает его и не боится. Он выражает желание общаться с ним, обращается к нему за советом, просит о чем-то. Теперь дело только за наместником Кампанелы, стараниями которого младшего принца Лавандины как можно быстрее нужно было превратить в короля. И первый шаг к этому почти уже сделан.
Таким образом, оба недруга в эту ночь оказались вполне довольны собой и противником. Каждый из них считал, что выбрал верную тактику, и что жизнь шлет искрометную улыбку удачи только ему.
Но, как вскоре показало время, жизнь вовсе не улыбалась, а готовила сюрпризы для обоих эльфов.
Глава 20
Утром Эруаль проснулся в приподнятом настроении. Правда, несколько задумчивый, но не подавленный. Его ночной гость дал ему новую пищу для размышлений, основная суть которых сводилась к одному: выпутаться из паутины Тьмы ему будет не так-то просто. Между тем, печаль не торопилась омрачить чела молодого эльфа. Впервые за много недель он улыбнулся своему отражению в зеркале, потому что сегодня на него смотрел оттуда прежний Эруаль – красивый и стройный юноша с ясными глазами и правильными, плавно переходящими одна в другую чертами лица. От бледной тени, от костлявой иссушенной копии не осталось и следа.
Ощущая необыкновенный душевный подъем, Эруаль спустился вниз, в гостиную, и там увидел сидящего в одном из кресел мрачного задумчивого Витека. Хмурый вид учителя насторожил принца.
"Неужели что-то случилось в Лавандине?" – сразу же подумал молодой эльф, и нехорошее предчувствие кольнуло его сердце.
– Доброе утро, – на всякий случай сказал Эруаль. Остановившись напротив учителя, он выжидающе посмотрел на него.
– Я бы поостерегся бросаться такими замечаниями, – Витек остановил взгляд своих задумчивых черных глаз на ученике.
– Что случилось? – почти прошептал принц побелевшими губами, в одночасье понимая, что его хорошее утреннее настроение было ни чем иным, как состоянием мгновенной эйфории.