Полной грудью вдохнув знакомые запахи и на минуту перенесшись в свое далекое прошлое, Виолетта почувствовала, что пришла домой. Как-никак, около четырех лет она прожила в похожей обстановке, и за это время она стала ей родной.
– Присаживайся, – закрывая дверь, предложил Клавелий. – Будешь со мной ужинать?
– На дворе давно ночь, а ты только садишься ужинать, – не без удивления заметила Виолетта, присаживаясь на колченогий стул. Она откинула с лица капюшон и развязала шнуровку на вороте плаща.
– У меня бессонница. И вот я развлекаю себя готовкой и чтением старинных манускриптов, – спокойно откликнулся Клавелий. Голос его был чистым и высоким, даже несмотря на прожитые годы.
Старик освободил от бумаг один из уголков стола и, сняв с огня пирог с начинкой из малины и ежевики, поставил его перед Виолеттой. Откуда ни возьмись на столе появилась чашка, и гостеприимный хозяин налил в нее настоянный на шиповнике чай. Щедрый крошащийся кусок сам собой отломился от пирога и улегся в тарелку Виолетты. Колдунья не удивилась смеси волшебства и собственноручных хлопот хозяина. Она давно свыклась с подобными причудами бывшего мужа. Затем Клавелий налил чаю и себе и, усевшись напротив Виолетты, произнес:
– Мне показалось, или ты и в самом деле еще больше похорошела? На мой взгляд, годы не властны над тобой.
– Мне кажется, или ты еще больше постарел? – в тон ему откликнулась колдунья, делая глоток из чашки. Чай показался ей восхитительно вкусным, таким, что даже захотелось зажмуриться он удовольствия. – По-моему, время берет свое. Ты совсем разваливаешься.
– Внешность обманчива. Во мне еще много сил. Я слаб телом, но силен духом.
– Из слабого тела одним ударом можно вышибить дух посильнее твоего.
– Человек умирает, только когда его душа сама хочет покинуть тело. Значит, оно стало для нее тесно или уже не выполняет тех функций, без которых она просто не в состоянии обходиться. Тогда душа покидает человека и отправляется на поиски нового, более совершенного тела. В обычных обстоятельствах ни одна сила не способна выбить душу из ее телесной оболочки.
– К чему ты говоришь мне это?
– Просто так. Тянет пофилософствовать. Ты ешь пирог, ешь. Не отравлено. А сама расскажи, зачем пришла, – ясные глаза Клавелия одарили Виолетту чистым, честным и мудрым взглядом.
Женщина задумалась, не зная, с чего ей начать.
– Ты в курсе обстановки, которая сейчас сложилась в Кампанеле? – наконец, спросила она. – Ну, насчет того, что официальные правители мертвы, а власть пытаются поделить наместник и принц?
– Да, я в курсе, – Клавелий медленно кивнул. – Бедная Кампанела! Такой судьбы ни одной стране бы не пожелаешь! Говорят, тактика короля Элебрута действует. Войска противника постепенно сдают одну за другой позиции его сыну, Элспету, который на данный момент руководит всеми военными операциями. А ты что, шпионишь для Кампанелы?
– Не совсем, – решив, что с бывшим мужем можно быть предельно откровенной, призналась Виолетта. – Я пытаюсь запихнуть на трон наместника.
– Так ты выбрала Варлама д' Аруэ? – старик преломил седую выцветшую бровь, как будто удивлялся.
– А ты бы предпочел Хевингема? Этого глупого полусумасшедшего мальчишку? – глаза колдуньи сверкнули недовольством.
– Благодарение Богу, что этот выбор лежит не на мне. Я просто пытаюсь понять, чего ты от меня хочешь.
– Тогда изволь не перебивать. Итак, мне нужно, чтобы на троне оказался Варлам д' Аруэ. Но твой друг Витек, если ты, конечно, еще его помнишь, взялся поддержать Хевингема. И он хочет, чтобы непосредственную помощь в этом ему оказал ты. Со дня на день он приедет к тебе и задаст интересующий его вопрос. Он хочет знать, был ли когда-нибудь в Кампанеле такой закон, который разрешает править страной только прямым потомкам правящей династии. Мне не интересно, существовал ли такой закон на самом деле или нет. Я просто хочу, нет, я умоляю тебя: откажи в помощи Витеку! Трон не должен достаться Хевингему! Он слишком неопытен и потому не готов стать королем! Пожалуйста, окажи мне эту небольшую услугу, и я буду у тебя в неоплатном долгу.
Виолетта умоляюще взглянула на своего бывшего мужа. Клавелий сидел, задумавшись. Казалось, он витает где-то далеко в облаках, и ему нет никакого дела до интриг его бывшей жены. Но колдунья отчего-то была уверена, что старик не проигнорирует ее, поэтому молча сидела и ждала, что же послужит ей ответом.
– Пожалуй, я выполню твою просьбу, – наконец, определился Клавелий Мудрейший, и Виолетта не смогла сдержать вздоха облегчения, против воли сорвавшегося с ее губ. – Но не потому, что так уж хочу помочь тебе. Я имею на этот счет личные соображения. Мне кажется, на этот раз Витек ошибся, принимая сторону принца. Я не стану способствовать продвижению к власти такого неопытного претендента. Пусть Хевингем попробует каким-нибудь другим путем доказать, что достоин править страной.