Резко усилился ветер, тяжелые черные тучи зависли над самым куполом, редкие серебристые всполохи стали чаще и ближе. Неожиданным рывком придвинулся далекий грохот, раздробился на множество мелких, но не менее оглушающих ударов и завис совсем рядом, вздымая перед глазами кровавую пелену. Боль мучительным отзвуком отозвалась в каждом теле, но круг держался. Первые мелкие капли дождя скрыли развалины прозрачной дымкой, отрезая их от внешнего мира.
Серая пелена медленно опускалась, как бы проходя сквозь замершие безмолвные фигуры, вгрызалась в землю. Ровная поверхность заколебалась, каменные осколки дрогнули, словно под ними заходили невидимые волны. Лавина поднятых сил становилась все выше, вырывалась из поверхности земли и лизала подошвы остроносых сапог. Легкая морось обратилась бушующим ливнем, грозовые тучи опустились так низко, что казалось их можно достать, лишь слегка подняв руку. Сила стального цвета уже не просто волновалась, она кипела, напоминая бурлящую воду, а где-то далеко…
Свион первым почуял опасность, недаром он был Верховным магом стихийных на протяжении многих сотен лет, недаром никогда не обсуждался вопрос преемственности или замещения. Его нельзя было заменить потому как не родился еще маг, достойный звания Верховного. Его не было и не могло быть, об этом говорили древние пророчества, возможно когда-нибудь, в крайне отдаленном будущем… Возможно.
Поддерживаемый Свионом проход стал будто таять, неярко мерцал, расплывался, перестал быть устойчивым. И что самое отвратительное в этой ситуации – верховный мгновенно понял, что помешать он не сможет, объединение сил всегда было довольно зыбкой перспективой, чтобы действительно принимать ее в расчет. И вот на тебе. Он не может отвлечься, самый опасный этап еще не пройден, а слияние сил даже самых опытных магов еще не гарантия успеха. Да что там, эта попытка заранее обречена на провал. Даже под его руководством развязка могла быть самой непредсказуемой, а так… Свион мысленно скомандовал отступление. Охрана врат весьма скоро, видимо уловили в его коротком приказе намек на опасность, полезла в Арку, следом потянулись остальные, последними ушли высшие маги, а он все еще держался, продолжая надеяться на выдержку своего творения, в ущерб завесе увеличил магическую подпитку врат, усилил их обороноспособность. Какое-то время они еще продолжали держаться, но вдруг яркая вспышка осветила их изнутри, раздался приглушенный грохот, тихий стон…
– Уходи, – коротко приказал Человек. – Быстрее! Проход рушится!!!
Свион оторвал ладони от тонкого плетения и с разгону бросил себя в исчезающую скважину родного пейзажа, уже изрядно поблекшую и мало различимую. Боль смяла его, швырнула вперед словно протаскивая через частокол острых, обжигающих кольев чуждой слитой силы. Клинки врезались ему под ребра, вспарывая плоть, заставляя извиваться в попытке избежать очередного удара, сжиматься в клубок, задыхаясь от собственного бессилия и ослепляющей боли. А картина Фаревея превратилась в крохотную щелку и лишь все еще различимые брызги света заставляли верховного ползти дальше, руками дотаскивая себя до этой растворяющейся точки.
Высшие стихийные, выбравшиеся из Роуна, вовремя поняли и оценили всю глубину опасности, грозящей жизни верховного мага. Они сотворили такое же кольцо, что и стоящие на древних развалинах, устремив навстречу Свиону поток своей силы в виде огромной руки, ухватившей обессилевшего мага и тащившего его из этого бушующего пространственного хаоса. Он был их предводителем, их главой, без него разрушилась бы основа их бытия, вся их жизнь могла потерять всякую цель.
Свион будто выныривал из-под огромного пласта воды, сквозь который проникал темный свет, родные лучи Фаревея. Так близко…
Из ослабшей руки Краена выпал древний манускрипт. Страж, безжизненной колонной замерший за его спиной, дернулся к захрипевшему императору, сильный голос звал на помощь, а пальцы проворно распутывали тугой узел шейного платка.
Шериан вихрем взметнулся на ноги, вызвав недоуменный взгляд Тиэла, одним махом перевоплотился в тень, с невиданной доселе скоростью развернул хрустальные нити, выбрал из спутанного клубка нить Фаревея и метнулся по ней, мгновенно пропадая во мраке пространства. Он чувствовал, его император в опасности…
Сильный согласованный удар встретил серое покрывало силы, врезался в самую сердцевину и откинул назад, вырывая из стальной пасти тело Свиона. Внезапность атаки ошеломила и замедлила ответ ровно на мгновение, но и этого оказалось достаточно, чтобы окончательно втащить Верховного в Фаревей.
Тень возникла неожиданно, яростно сверкая сапфировым взглядом. Даже знакомая болевая вспышка не могла его сейчас остановить. Имперская стража попятилась, кто ж из них не знал или не слышал о Шериане, капитане бывшей стражи из иноземцев. Тень, успевшая принять человеческий облик, тревожно склонилась на коленопреклоненным Краеном, но бледное лицо постепенно розовело, затрудненное дыхание выравнивалось. Император приходил в себя.
– Я смотрю, наши встречи стали носить хронический характер, – в покои резко вошел Верховный Свион, отодвинул Шериана и опустился на колени рядом с Краеном, – а, страж?
Словно и не было смертельного водоворота чужой власти, маг выглядел полным сил, спокойным и невозмутимым. Лишь те, что приняли его на руки из врат знали, чего ему стоило такое преображение, сколько жизней младших стихийных, средних и даже высших стоило его восстановление.
– Что с императором? – спросил Шериан, не обращая внимания на издевку, проскользнувшую в голосе Свиона. Сейчас его волновало лишь одно.
– Со мной ничего, – ответил за него Краен и с трудом поднялся на ноги, метнув быстрый взгляд в сторону мага, – а вот у нашего верховного, похоже, серьезные неприятности. В чем дело? Ты что, решил меня окончательно доконать?!
– Непредвиденные обстоятельства, – сухо отвечал маг, – наша жизнь – трудный путь, ты знал, чем может обернуться одна-единственная кровавая роспись. Ты знал, на что шел!
– Извини, – император помотал головой, приложил пальцы к вискам, – я просто не ожидал. Меня скрутило в одно мгновение, никогда не чувствовал себя так близко к бесконечной пропасти.
– Поверь, император, я тебя понимаю, – Свион слегка поклонился. – Они объединились против нас, закрыли проход, теперь придется искать другие пути. От завесы наверняка уже ничего не осталось, подозреваю, что и от охранителя тоже. Ничего, мы найдем выход. Страж, узнай, что с тем существом и мы простим тебе это очередное вторжение.
Воин надменно вздернул подбородок. Что-что, а прощение Свиона ему было не нужно, как-нибудь обойдется.
– А если я попрошу? Знаю, что приказывать не имею права, сам лишил его себя, – голос Краена на миг стал прежним, не холодным и непреклонным, а спокойным и уверенным, как у человека, облеченного властью и ответственностью за всю страну. И бывший страж склонил голову.
Шериан осторожно шел по Междумирью, что-то странное мерещилось ему в тумане, в самом пространстве, будто сгинуло последнее живое существо, поддерживающее здесь течение времени. Густая пелена неохотно расступалась, открывая поляну с молочно-белой дымкой, осевшей и полускрывающей очертания распростертой человеческой фигуры. Силуэт понемногу врастал в рыхлую поверхность, но сомневаться, кому он принадлежит, не приходилось. Итак, еще одно звено разбито, и завеса между мирами вновь пала, открывая широкое поле для деятельности.
Прямиком из Миньера воин отправился во дворец князя Довиана, размытой тенью пролетел через все коридоры и залы, но не увидел ни одного человека, кроме насмерть перепуганной челяди, самой толком не понимающей, в чем собственно дело. Вроде, как явился какой-то гонец, спешно передал послание и князь, тут же собрав всю дружину и дополнив ее отрядами наемников, ринулся вон.