— Анд? — обеспокоенно спросил он. — Ты меня немного пугаешь. У тебя зрачки как у наших соседей, если ты понимаешь, о чём я.
— Протяни руку, — сказал я, серьёзно глядя ему в глаза.
Он осторожно вытянул ладонь. Я вложил туда жемчужину.
— Эта штука изменила мою жизнь, и, возможно, изменит и твою.
— Эм-м-м. Это надо съесть?
— Нет! Просто ляг спать с ней в руке. Хорошо?
— Э-э-э, ну ладно… — с сомнением протянул он.
— Пообещай. Нет. Поклянись!
— Клянусь.
— Хорошо.
Я потрепал его по голове.
— Поехали на завтрак.
Я катнул его по коридору и заскочил на задник коляски вкатившись вместе на кухню.
— Эм, а где родители?
— Они сегодня раньше ушли, — пояснил брат.
— Хм… — я хитро прищурился. — Тогда нахрен хлебцы и гель. Нормально пожрём!
Я убежал в комнату и принёс чай и купленные вчера лакомства, два армейских протеиновых батончика. Со складов иногда просрочка попадает на рынок.
— Охренеть! — выпучил глаза брат. — Даже не хочу знать, где ты взял деньги. Просто скажи, это легально?
— Да. Помнишь, та история…
— А-а-а, ну точно.
Пашка заваривал чай, а я решил, что навыки во сне дали мне лишь базовое владение, но, чтобы их закрепить и улучшить, нужны тренировки. Притащил швабру, снял насадку и начал делать выпады, будто это копьё.
— Э-э-э, ты совсем поехал? — спросил Пашка.
— Отличное упражнение, — заявил я, часто дыша. — Скоро ты меня поймёшь.
Из сил я выбился быстро и подумал, что стоит повторять занятия и вечером.
Пакетик чая заварили на две кружки и с наслаждением поели.
А жизнь-то налаживается!
— Кеншин! — буквально ворвался в мысленный диалог Михаил.
— Что случилось? Твой идущий погиб?
— Нет!
— Тогда в чём дело?
— Он прошёл испытание отречением! Я… у меня нет слов. Он сразу это сделал. ещё во вкус не вошёл.
— Ему вообще нравилось?
— Нравилось? Да он едва ли не искрился. Я никогда не видел, чтобы кто-то так влетал в буфер. Он срастался с тропою на глазах. Клянусь, даже не слышал, чтобы у кого-то так хорошо получалось, настолько он этим горел. И отрёкся! Передал жемчужину брату.
— Нужно срочно выдать ему наводку.
— Ещё рано. Он едва несколько локаций прошёл. Три. Всего три. Ещё одну, и тогда я расскажу ему, где искать первую часть.
— Ты наблюдающий, тебе видней. Но не будь слишком осторожен. Ты же знаешь, недогиб так же опасен, как перегиб. Все мы теряем идущих. Это наш Путь и их Путь. Персоналии не важны. Ты же знаешь. Цель — собрать все части воедино, а не печься о каждом ступившим на тропу, как о собственном сыне. Мы вольны в выборе. Они тем более. Свобода — высочайший дар. Не испорти всё излишней опекой.
— Я помню, брат.
Глава 8
Пошёл в школу обычной дорогой. Подумал, что если и попадутся рогатые, то вряд ли бо́льшим количеством, чем два. А уж от двоих я уйти смогу. Если вообще захочу. Да-а-а. Ночные бои дали мне уверенность, и, хотя имелось понимание, что тут я слабее, чем там, всё же отступать стало уже не по мне. Я снова становился собой, и это было чертовски приятно.
— Эй, дохлый?
Я глянул на крикнувшего, поправил очки прищуриваясь. Он мотнул головой. Глаз сработал на движение. Сразу срисовал подельника, что отсекал мне путь. Вот ведь, задумался и прошлёпал опасность.
— Чё надо, рогатые?
— Ты позабыл? — уставился на меня местный бычок.
— Да не, всё помню. Вы за дело выхватили.
— Ты не вдупляешь, малой. Мы ещё и пострадали из-за тебя, когда за реку сунулись.
— Реки давно нет, куда вы сунулись, и чё вам там присунули, не мои проблемы.
Рогатый недоверчиво оглядел местность, словно опасаясь, что сейчас выскочат левобережные и надают ему по ушам.
Я усмехнулся, и раздувая его подозрение сказал:
— Чё замер? Двинуть тебе для сообразительности?
От леща я увернулся сам без навыка, а вот от выпада второго пришлось уходить умением. Успел встретить его ногой в грудь, посадив на жопу, и толкнуть другого плечом. Вырвался из хватки, чуть не оставив футболку в руках рогатого. И развернулся, отбегая спиной вперёд.
— По одному поймаю, жопа вам, упыри! — крикнул я. Пытаться догнать они даже не стали.
На учёбе всё было стандартно. Придирки Ликтора и прихлебал, жопы одноклассниц. Кстати, о них, сегодня наш анонимный шутник-кинетик задрал Бете юбку, и её сочные ягодицы детально отложились у меня в памяти, будто фотку в архив загрузил.
А рыжий пиромант Шон умудрился вызвать срабатывание пожарной системы. Но таких одарённых в школе много, попробуй вычисли виновного, так что он вышел сухим из воды, хотя многие покинули храм знаний мокрыми. Такой каламбур.