Сзади раздался быстрый шаг, и я ушёл в сторону. Рогатый, что хотел сбить меня, пролетел мимо, а я отвесил ему смачный поджопник, звук от которого разошёлся по подворотне.
Хулиганы засмеялись.
— Тебя калека избил, — потешались они над товарищем.
Я сделал вид, что мне плохо, и ухватился за стеночку.
— Давай, Рони, возьми реванш.
Рони махнул от души. Я присел. Кулак влетел в стену. Раздался крик боли, и заглушающий его ржач остальных бандитов. Я врезал придурку по яйцам. Это улица, урод! Налетая толпой на раненого, будь готов.
Он упал на колени, и я оттолкнул его на кучу мусора.
— Мусор к мусору, — брезгливо сплюнул я.
— Ладно, топчи его, парни.
Когда на тебя летит толпа, нет иного варианта, как три Уклона подряд.
Из-за поворота выскочили Саймон и Лопоухий. А сзади рогатых уже был Русик и Молчун, последний из шайки. Пять на четыре, фора на нашей стороне. Плюс эффект неожиданности. Мы повалили козлов, а потом от души попинали.
— Карма, уроды, — добавил я напоследок, понимая, что эта вендетта теперь вечная.
— Они тебе этого не простят, — заметил Саймон, когда мы прощались.
— Да и класть на них, — отмахнулся я. — Спасибо, парни, — я каждому пожал руку. — Это было красиво.
— Ага. Бывай. Если че, заскакивай.
Я побрёл своей дорогой, погрузившись в думы. Драка стенка на стенку специфичная вещь. Много раз видел, но участвовал всего во второй. А уж инициировал и вовсе в первые.
Самочувствие после стычки было отличное. Даже и не скажешь, что ещё с утра разлагался как зомби.
Рассуждая и не заметил, как добрёл до работы. Зашел к Лупите. Впервые в её доме такая тишина. Куда-то все свалили.
Затем зашел к Лупите. Впервые в её доме такая тишина. Куда-то все свалили.
— Привет.
— Привет, — смущенно улыбнулась девчонка, смахивая с лица кудрявые черные пряди с каштановым отливом. На смуглом лице притаились милые тёмные веснушки, если не вглядываться, то и не увидишь их.
Я заметил, что она была в шортах. Впервые после инцидента.
— Можно посмотрю? — спросил я.
Она кивнула.
Я присел, растопырил пальцы и провел ими по широким полосам шрамов.
— Вот у него лапища была, — поднял я на неё глаза.
Она ничего не ответила.
— А у меня вот чего, — я показал палец.
— Жуть, — притворно скривилась она.
Мы засели за учёбу, и я больше не смотрел на её ногу, словно и нет там ничего. К шрамам все относятся нормально, но всё же ей наверняка было нелегко решится показать их. Я шутил, улыбался, вёл себя как обычно, но в голове крутилось совсем иное.
Это случилось с ней несколько месяцев назад. Непонятно, как патрули и ищущие пропустили его. Ходит слух, что тварь пряталась в канализации. Там свой мир, аварийные службы спускаются туда только под прикрытием тяжелых оборонительных групп, усиленных одарёнными.
Школа в гетто сильно отличается от нашей. Оборотень напал на неё днём, между первой и второй сменой. Ударом лапы снёс башку охраннику на входе, вырвал стальную дверь, разнёс два авто на парковке и побежал по территории убивая всё, что видит.
Лупите ещё повезло, он просто махнул лапой, распоров ей ногу, а вот её однокласснице монстр откусил голову. Второй охранник выбежал и начал стрелять, не дав снова переключиться на Лу. Он тоже погиб, но оборотень получил целую обойму в грудь и попытался сбежать, обессиленно повиснув на заборе. Где его и добило прибывшее подкрепление.
Девчонке прокололи курс от бешенства. Потом ещё базовую противообороточную сыворотку. Но это не панацея, поскольку волк был лунным. Пришлось ждать первого полнолуния, чтобы убедиться, что она не заразилась. Не представляю, что чувствовал Хосе, когда приковывал собственную дочь к койке и сидел с топором у телефона, глядя через окно на силуэт так ненавистной ему в тот момент луны в ночном небе.
Но всё обошлось. Лу восстановилась, хотя это и высосало все деньги из семьи. И теперь вот она усиленно пытается догнать пропущенное за несколько месяцев.
— Ты молодец, — сказал я. — Скоро уже ты меня учить будешь.
Всё прошло хорошо. Домой вернулся довольный. Как бы там ни было, Элен сильно мне помогла.
— Ты-ы-ы. Как это? — спросил Пашка.
— Не поверишь. Такой у меня иммунитет.
Несколько секунд брат переваривал услышанное, а потом возмущённо начал наезжать на меня в прямом и переносном смысле, ещё и с криками:
— Колись, блин!
Я засмеялся и сказал: