Драка двух групп была весёлой и позабавила телохранителя.
«Молодость», — покачал он головой.
У дома мужчина ощутил что-то странное, но не смог себе объяснить, что. Поставил мини-камеру прямо на окно, чтобы наблюдать в щель у шторы, что делает парень. Но он тратил всё свободное время после работы на тренировку со шваброй.
Ночью агент проверил соседей. Кучи мусора во дворах, крысы в доме, страшная вонь остатков пищи и немытых тел. Не лучшее место для детей. Соседи определённо не были какими-то соглядатаями или ещё кем-то. Ни к чему настолько соблюдать маскировку. Хватило бы и десятой части.
Утром Женя дождался, когда все уйдут, и решил войти в дом цели. Лужайка была чиста. Без фанатизма, но порядок ощущался даже в том, как располагались предметы.
Он поковырялся в замке и аккуратно открыл дверь. Обувь снял и подцепил к поясу. Младший брат объекта был в капсуле. Можно расслабиться. Он прикрыл дверь и всё осмотрел. Чистота и порядок. Не верилось, что такие люди живут в подобном районе.
Он проверил всё, и лишь карточка с эргами в потолочной плите комнаты Анда его смутила. Но потом он глянул на смехотворную сумму и откинул псевдоулику как несущественную.
Осталось посмотреть его личное дело, и можно докладывать госпоже.
— Хочешь сказать, ничего примечательного? — спросила Элен.
— Абсолютно. Бедно, но чистенько. Младший брат инвалид. В школу не ходит. Наверняка посещает какие-то базовые курсы в Дигме. В личном деле тоже общеизвестная информация. Единственное, на что я обратил внимание, маниакальная тяга к тренировкам. Он сделал больше шестисот ударов «копьём» перед сном. Сколько их было всего, не знаю, устал считать.
— Хорошо. Я тебя поняла. Спасибо.
Я сидел в столовой, пил чай с двойной порцией сахара, на большее решил не тратиться, и на происходящее вокруг не особо обращал внимания. Закинул порцию таблеток «пост-регена» и колол палец аппликатором, пребывая в глубокой задумчивости.
Наконец-то стала известна причина странного поведения Пашки.
Братец ошарашил, и я пытался сообразить, чем ему помочь. Ситуация непростая, и как из неё вырулить моими скудными, а точнее, вообще, отсутствующими в Дигме ресурсами, я пока не знал.
Когда слева резко накатила головная боль, я глянул туда краем глаза. Ментатка подала сигнал. Рин, как всегда, сидела одна и барабанила пальцами по столу. К ней подошла Бета. Если бы это сделала Элен, привлекло бы всеобщее внимание. А тут, вроде как, и ничего.
Я прислушался.
— У меня есть вопрос по произошедшему, — сказала Бета. — Всем понятно, что львиная доля успеха на тебе. И я хочу сказать спасибо лично от себя. Но… что по поводу Анда? Он не показался тебе странным?
Рин фыркнула.
— Очень даже показался. Я никогда таких слабаков не встречала, честно говоря. Взломала его как домушник окно. Отыгрывала почти как персонажем на джойстике. Это был прикольный опыт.
— Ты серьёзно?
— Ага.
— Докажи.
За соседние столы сели многие.
— Только тихо всем. Разойдитесь, он не должен отвлекаться на окружение. Ведите себя естественно, — предупредила псионик.
— Эй, Анд.
Парень повернулся.
— Я так устала. Унеси, пожалуйста, мой поднос. А в следующий раз я твой унесу.
— Это честно! — закивал одноклассник, подошёл, схватил поднос девчонки. — О! Ты к булочке не притронулась. Можно я съем?
— Да пожалуйста.
— Фпафибо! — откликнулся он, пожирая драгоценные калории.
— Как-то слабовато, — заметила Элен.
— А ты думала, он как марионетка на верёвочках? — возмутилась Рин. — Мы, псионики, действуем, отталкиваясь от декораций, заставляя объект контроля поверить, что импульсы, побуждающие к тем или иным действиям, в первую очередь нужны ему самому.
— Сделай что-нибудь покруче, — попросила Бета. — Насколько его можно прогнуть? Где предел?
— Мне и самой интересно. Только никому. Подобные практики не одобряются. У меня могут быть проблемы с этической комиссией, — она еле заметно бросила взгляд на камеры, а потом снова посмотрела на парня и сказала:
— Анд, у меня шнурки развязались, не мог бы ты мне помочь. Я бы и сама, но спина вообще не сгибается.
Довольный парень подошёл, взгляд его, казалось, был как у зомби, смотрел в одну точку. Он присел рядом, начав завязывать шнурки, пристально глядя ей в промежность. Только потом до Рин дошло, что она в юбке, сама заигралась и забыла. Контроль — это оружие псиоников. Потому девушка не выдала охвативших её чувств.