Ну давай же!
— Алло, — раздался знакомый голос.
— Рин! — воскликнул я. — Ты не даже не представляешь, как я рад тебя слышать! — затараторил я.
— Недавно же виде…
— Послушай меня! — оборвал я её. — От того, что я скажу, зависит моя жизнь. Прошу тебя, запиши адрес.
Я открыл телефонную книгу, где первым был указан этот адрес, и продиктовал.
— Вот сюда ты должна вызвать Элен. Всеми правдами и неправдами, уговаривай её, как хочешь.
— Что случилось? Ты ранен?
— Просто пришли её сюда, я тебя прошу. Ты моя единственная надежда. Буду обязан по гроб жизни.
— С такой жизнью будешь обязан недолго, — грубо бросила она и отключилась.
Я выдохнул и опустился рядом с подстреленной. Взял её ладонь в свои руки. Что? Зачем я это сделал? Откуда взялся этот дурацкий жест? Явно ведь что-то запрограммированное массовой культурой.
— Прости, — проговорил я.
Подошёл к окну. Осторожно выглянул. Прислушался. Сирен не слышно. Надеюсь, никто не видел мою выходку.
Вернулся к бедной девушке и начал читать заговор:
— Тебе не больно. Ты сладко спишь. Отлежала плечо. Но слишком хочется спать, чтобы просыпаться. Тебе не больно. Блаженная нега разливается по телу. Тебе не больно. Ты видишь чудесный сон. Тебе не больно. Спи сладко. Спи как в детстве. Тебе не больно.
Это всё, что я мог сейчас для неё сделать.
Я нервно ходил из стороны в сторону, каждые пять секунд глядя в окно. К тому моменту, как Карма решит атаковать, я всех девчонок с этими духами перебью и сожгу себе нервную систему.
Услышал звук мотора и ринулся к окну, но это просто чья-то машина проехала. Ещё несколько раз я так подрывался.
Захотелось уйти в путевую комнату и больше не возвращаться в этот мир. Может, так и уходят в Кулак Смирения? Совершают какую-то фатальную ошибку в своём мире и сбегают туда.
Раздался визг шин, вырывая меня из размышлений. Я припал к дверному глазку. Из машины выскочил охранник, за ним шла Рин.
Я слегка приоткрыл дверь и выглянул.
— Только тебя пущу, — сказал я.
Охранник покосился на неё, и девушка, на секунду прикрыв глаза и просканировав округу, кивнула.
Тут на улицу вылетел второй внедорожник и резко припарковался, оставив чёрный след от шин. С Элен был уже знакомый мне телохранитель.
— Так ты даже сам на ногах стоишь? — удивилась Элен.
Я приложил палец к губам и мотнул головой, приглашая войти.
— Ребят и машины лучше пока отослать покататься, — сказал я.
Девушки переглянулись и дали распоряжения.
Я запустил их, огляделся и закрыл дверь. Тихая улочка. Остаётся надеяться, что все на работе, и мы не привлекли слишком много внимания.
— Если это какая-то дурацкая шутка, — начала говорить Элен. — Это дорого тебе обойдё… — она оборвала фразу, увидев раненную. — И кто это? — спросила одноклассница, небрежно взяв девушку за подбородок, осматривая лицо и голову на предмет повреждений.
— Понятия не имею, — сказал я.
— И кто её так? — уточнила Рин.
— Я.
Обе девушки синхронно обернулись.
— Ты вообще поехавший, Богданов! — завопила Элен.
— Тише, прошу тебя. Я всё объясню. Только помоги ей.
— Стрелу вытаскивай сам. Я лишь раной займусь.
— Это болт, — поправил я и осёкся под злым взглядом лекарки.
Присел возле тела.
— Рин, обезболь её, пожалуйста, вы же это умеете.
Ментатка кивнула и опустилась на пол, коснувшись лба девушки.
— Тебе как легче будет, — покосился на Элен. — Если я болт с мясом вырву или протолкну.
— Вырывай, так кости и сухожилия не пострадают, и дыра только одна будет.
Я выдохнул, вытер о штанину вспотевшую ладонь, ухватился за древко и со всей силы резко дернул. Рин успела отвернуться. Зрелище было жесткое. Элен тут же приложила руку. Кровь запеклась. Корка засыхала на глазах, а потом отпала, явив бледную кожу, которая начала стремительно темнеть, почти сравнявшись по цвету с остальными участками.
Я посмотрел на целительницу. Под глазами проступили синяки. В уголках глаз поселились морщинки. Её покачнуло.
— Слишком быстро залечила, — выдохнула она, хватаясь за моё плечо, чтобы не упасть.
— Держись меня, Элен Маверик, столько практики получишь, — попытался я пошутить.
— Пошёл ты, Богданов.
— Что теперь будешь делать? — спросила Рин.
— Честно? — глянул я на неё. — Есть мысль, просто затереть все следы и свалить.
Элен лишь покачала головой.