— Не будет работать без навыка стрельбы, — заключил Михаил.
— Зато если возьму его, такое буду творить в Дигме, — мечтательно протянул я. — Да и тут мало никому не покажется. Хотя, конечно, у огнестрела совсем иное настроение. Всё же тут путь меча, пусть даже пока без лезвия, мне ближе.
Наставник удовлетворённо кивнул.
— Ты меня радуешь, ученик. Пожалуй, пора посвятить тебя в тайны Круга. Круг… Это двенадцать. Двенадцать кого? — спросил он сам у себя.
Я рассмеялся. Это его неуверенность в очевидных вещах порой веселит.
— Двенадцать… двенадцать, — задумчиво повторил он. — Надо было продумать диалог. Ну допустим, двенадцать пилигримов, что стали учителями пилигримов. Двенадцать братьев и сестёр, в духовном плане. Двенадцать тех, кто, наверное, что и работает на Путь. По крайней мере, всячески пытается постичь его. И помогает ему, если что-то выходит из строя. Само, от времени, или при помощи чьей-то злой воли.
— Вы типа орден? Орден учёных, которые исследуют Путь, но в то же время его сотрудники?
— Ну не то чтобы сотрудники. Хотя безусловно его исследователи, как и все идущие. Но у нас есть некие привилегии, быть наставниками, например. Даже если вначале приходится изображать тупых болванчиков, — он усмехнулся.
— А у тебя отлично получалось, — засмеялся я. — Тебе бы в театральное пойти.
Он глубоко вдохнул, не понятно было, разозлится или улыбнётся. В итоге сдержал каменную маску.
— Мы нашли лазейку в системе, и это позволило нам занять места помощников. Поскольку мы помогаем Пути, он эту лазейку не прикрыл.
— А в чём заключается помощь?
— Когда-то Путь был совсем иным. Но потом случилась, — он замолчал. — Катастрофа. Многие дороги оказались разрушены. Функционал частично утрачен. А ресурсы самовосстановления… они почти исчезли. Путь отдал дороги под самоуправление пилигримов. И если, условно, обитало в локации племя, и путник должен был жить с ним месяц. Просто без каких-либо испытаний. Такое задание. Зачем-то оно нужно. Таким оно появилось. И вот приходит пилигрим и убивает всех членов племени, задание ему не засчитывается. Но ему и не надо. Тогда наша задача — восстановить локацию в первозданном виде, ещё и прикрыть от возможного повторения инцидента. Все примеры, конечно, условные.
— Суть я понял. Тогда причём тут меч?
Я взял рукоять и покрутил в пальцах. Поглядел на неровный край обломка лезвия.
— Меч. Меч — это ключ. Большего сказать пока не могу.
Я почувствовал, что артефакт тепло отозвался на эти слова. Буквально на пару градусов, но температура рукояти на миг возросла, а потом снова понизилась.
— Следующий вопрос. В джунглях я нашёл слепок пилигрима из моего мира.
— Ты уверен?
— Совершенно точно.
— Я не знаю, сколько вас на мир. Может, всего двое. Или десять только на твоей улице.
Было бы забавно, если все одарённые на самом деле пилигримы. Просто качаются одинаково, потому набор умений идентичный и разбит на классы. Но шанс подобного исчезающе мал. Не получилось бы скрыть, да и смысла делать из этого тайну бы не было.
Хотя интересно, как различаются дары. В реальности кинетик сначала учится управлять пушинкой и постепенно развивает способности, дойдя до кинетического удара. В Пути же, наоборот, сначала получают какой-нибудь воздушный толчок, и только потом, может быть, найдут левитацию и смогут управлять мелкими предметами.
— А можно ли мне рассказать брату? — спросил я то, что всё время забывал.
Михаил задумался.
— Вы с ним похожи?
— Да. Только он на год младше.
— Тогда, пожалуй, что и можно. Но нужно ли? В том плане, что через него могут получить информацию.
Теперь уже я погрузился в раздумья. Сейчас мне удаётся скрываться, но тот же следак ищущий ставил жучки, Рин следила, Элен посылала своего человека наблюдать. Вдруг всё будет становиться только хуже. Вдруг сильные мира сего как-то узнают и захотят получить доступ к Пути. Не хочется подставлять Пашку под удар. Лучше и дальше искать бижутерию или что-то в этом роде, что может его поставить на ноги. И ничего не объяснять, давая понять, о чём-то магическом. Он поймёт. Он же мой брат.
— Хорошо, раз у нас сеанс откровений, — осторожно произнёс я. — Тогда скажи мне, что такое Великое Равновесие.
— Гхм, — учитель сморщился и потёр рукой шею. Чай не в то горло попал. — Где ты это услышал?
— Видел надпись мелом от пилигрима.
— Невозможно. Великое Равновесие стёрло все послания, что были до, — он немного начал терять плотность, становясь более прозрачным. — Видишь, что происходит. Я не могу говорить на эту тему. Если желаешь таких знаний, придётся посещать библиотеки и архивы. Их на дорогах хватает.